Общественно-политический журнал

 

«У нас — и навоз — говно». Более исчерпывающей характеристики советской экономики мне не приходилось встречать

Академик Николай Прокофьевич Федоренко, основатель и директор Центрального экономико-математического института АН CССР, рассказывал в своих мемуарах «Вспоминая прошлое, заглядываю в будущее»: в конце 60-х годов, когда страну еще не покинула послевоенная эйфория, слово «космос» будоражило умы молодых, а старики, прошедшие две войны, мечтали дожить до коммунизма, наш институт подготовил прогноз развития «народного хозяйства» СССР на 70-80-е годы.

Обширные расчеты показывали, что с экономикой дела обстоят тревожно. Наука гласила: темпы роста страны будут неизбежно замедляться и надежды на коммунизм в 1980 году хоть с кукурузой, хоть без нее, нет.

Доклад адресовался Политбюро и был подготовлен в трех экземплярах.

Однако, как вспоминает Федоренко, председатель Госплана, ознакомившись с содержанием доклада, отказался даже говорить о том, чтобы материал был отправлен адресату. Над институтом нависла угроза быть обвиненным в идеологической ереси. И тогда авторы доклада сожгли его на костре в Нескучном саду, чтобы не ставить под удар институт...

...Около десяти лет спустя, в 1975 году, я учился в аспирантуре, а летом подрабатывал журналистикой, замещая заведующего отделом физики и математики популярного в те годы журнала «Наука и жизнь». Триста двадцать рублей в месяц, не считая гонораров, самым заметным образом увеличивали мой аспирантский бюджет.

Однажды заместитель главного редактора журнала, Рада Никитична Аджубей (дочь Хрущева, жена редактора "Известий" Алексея Аджубея, при котором с 1959-го по 64-й газета стала одним из символов «хрущёвской оттепели» - NU), дала мне задание: отправиться в Комитет по науке и технике при Совете министров СССР и подготовить, как тогда называлось, «компот» — нарезку из небольших информационных материалов, — демонстрирующий экономические связи СССР с развитыми западными странами. Приближалось знаменитое Хельсинское совещание по безопасности и сотрудничеству в Европе, и СССР прихорашивали к предстоящему событию.

В ГКНТ меня принял возглавлявший тогда комитет академик Владимир Алексеевич Кириллин. Выслушав, что я намерен делать, он вызвал к себе одного из замов начальника Управления внешних сношений и распорядился предоставить мне для работы кабинет и всю необходимую информацию. Кабинет был выделен и я погрузился в отчеты, договора, переписку. Задание оказалось нелегким. Советский союз закупал на Западе всё, что только можно было вообразить: новое оборудование и зерно, обувь, одежду, телевизоры. А вот поставлял... Ну да, нефть, конечно.

Материал же, разумеется, должен был быть сбалансированным. А какой тут баланс? — После нескольких дней работы наметилась, однако, удача. Как раз в это время СССР сбыл во Францию двадцатидвухтысячетонный пресс украинского производства, а завод «Красный пролетарий», знаменитый своими станками с числовым программным управлением, продал несколько штук в Великобританию.

Материал складывался. И тут... И тут мне попался документ, который не мог не привлечь внимания.

Из него следовало, что СССР, помимо станков и телевизоров, закупал в Голландии около 100 тысяч тонн навоза в год! — Сто тысяч тонн навоза — это четыре-пять больших по тому времени транспортных судов. Можете представить себе судно в двадцать тысяч тонн водоизмещением, что-то вроде знаменитого черноморского «Адмирала Нахимова», до краев груженное навозом. Ароматное, наверное, зрелище.

Во время обеда в добротной начальственной столовой я набрался храбрости, подошел к знакомому уже чиновнику и спросил: «Набрел я тут на любопытную бумагу. Разумеется, в печать это не пойдет. И все же... СССР покупает навоз в Голландии. Но зачем? — Что, у нас своего навоза не хватает?»

Мой знакомый взглянул на меня с некоторым, как бы сказать — удивлением, что ли, — помолчал, а потом сказал, как отрезал: «Сергей Леонидович, видите ли... У нас — и навоз — говно»...

Более исчерпывающей характеристики советской экономики мне не приходилось встречать ни до того, ни после. В справедливости этой формулы я убеждался буквально при каждом столкновении с советской экономической реальностью.

... Много лет спустя, уже во время перестройки, я рассказал эту историю одному из виднейших российских агрохимиков, вице-президенту ВАСХНИЛ и профессору Московского Университета Василию Минееву. Он раскрыл мне тайну этих поставок.

Из-за ядерных взрывов в атмосфере, которые СССР практиковал на своей территории до 1963 года, из-за индустриального загрязнения, из-за использования ДДТ и диоксин-содержащих соединений, огромные территории СССР были загрязнены выше всякой меры и тяжелыми металлами, и такими радиоактивными изотопами, как стронций-90 с периодом полураспада 29 лет (Помните А.Галича: «Говорят еще, что "Столичная" очень хороша от стронция»?), и всякой другой дрянью и гадостью.

Значительная часть этих веществ, объяснял мне академик, «высасывается» из почвы растениями, а потом концентрируется в навозе и молоке животных, этими растениями питающихся. Если такой навоз использовать в качестве удобрения, то концентрация вредных веществ в плодах и корнеплодах еще увеличивается и вместе с ними и молоком коров попадает на наш с вами стол. Экологически чистый навоз из Голландии поступал в хозяйства, производящие сельскохозяйственную продукцию для высокого начальства, которому эти самые стронций, ДДТ и диоксины, в отличие от всех остальных, были совершенно ни к чему.

Недавно я выяснил, что закупки экологически чистого навоза из-за рубежа, теперь, кажется, из Норвегии, продолжаются до сих пор...

Сергей ЛОПАТНИКОВ

Комментарии

IVAN on 3 февраля, 2019 - 20:17

Прелестно..  У них то навоз - конфетка!  Есть и некоторый ньюансик... Закупка чего бы то ни было, хоть навоза, хоть конфет - это легальный вывоз Валюты.  А вывозили ВСЕ, все отделы власти и все министерства.  Вот молочное животноводство... ну коров звкупали, доилки, да много чего. Но всё равно мало!  А здесь... такая прелесть!  Купил или нет, а валюту получил и вывез... Лепота!