Общественно-политический журнал

 

Литература

Честь и правда — дороже жизни!

Полина Жеребцова(К письму с требованием остановить травлю писателя присоединились члены ПЭН-Москва и Ассоциации «Свободное слово»)

Светлана Ганнушкина назвала Полину Жеребцову главным свидетелем по Чеченской войне. И это так.

Полина Жеребцова, девочка из многонациональной семьи, родилась в Грозном ЧИАССР в 1985 году. Когда началась Первая чеченская война, ей было девять лет, и она вела дневник, не подозревая, что он станет книгой, переведенной на десятки языков мира. Ее взросление прошло на войне, семье не удалось выехать из Грозного: бомбежки, преследования, выживание, гибель родных, друзей и соседей, шестнадцать осколков в ногах, и тетради дневника, которые писались как охранная грамота. Сейчас писатель Полина Жеребцова — независимый эксперт по Чечне.

В этой войне Полина не заняла ни одной из сторон: ни российскую, ни ичкерийскую. Всегда, с первого дня она была на стороне мирных жителей, показывала, что война — это ад, и никакие мотивы не могут служить войне оправданием. подробнее ⮞⮞⮞

«Что-то подсказывает мне, что где-то впереди должно маячить сжигание книг»

Мою книгу «Невероятные происшествия в женской камере №3» решили проверить на пропаганду наркотиков, гомосексуализма и самоубийства (я считаю, выдающееся комбо). Сделать это попросил Виталий Бородин, который написал уже несколько доносов на СМИ, в том числе, на «Проект».

Это, конечно, восхитительно. В принципе, после того, как Ярмарка non-fiction отказала мне в проведении презентации, стало ясно, что в России есть авторы разрешенные и запрещенные. А это уже следующий этап. Любовь к мировой художественной литературе подсказывает мне, что где-то впереди должно маячить сжигание книг, всех разом и без всяких проверок. подробнее ⮞⮞⮞

Работа Дьявола

На столицу опускалась тёплая августовская ночь, однако в тот год тьма не приносила ни отдыха, ни покоя. С закатом солнца обитателей города обволакивал страх и томительное ожидание беды, а для работников учреждения, где на мелкой должности служил Герман Мельхиоров, ночи были временем напряжённой и изнурительной работы. Наш герой спешил закончить все оставшиеся приготовления, ибо эта ночь должна была стать последней в его нынешней жизни.

Нет, нет — он вовсе не готовился уходить в мир иной, как раз наоборот, надеялся жить ещё долго. Эта ночь должна была переломить его жизнь пополам, он хотел отрезать и отбросить то, что было с ним до сих пор, а затем скрыться, уехать подальше от этого гнетущего города, от бывших сотрудников, и начать всё сначала, на новом месте, под другим именем. Переход в новую жизнь он планировал давно, почти два года, и вот на днях решил — больше ждать нельзя, завтра может и не получиться. К этому шагу готовился он в глубочайшей тайне, что, впрочем, было не слишком сложно, ибо близких друзей у него не было, лишь пара приятелей, да ещё соседи по коммунальной квартире. Семьёй он не обзавёлся, а с немногочисленными родственниками, что выжили после лютых времён германской и гражданской войн, давно прервал все отношения. подробнее ⮞⮞⮞

«Система ценностей, которые стали процветать в обществе, заражает своим самодурством миллионы людей»

Недавно исполнилось 85 лет со смерти первого и главного пролетарского писателя, основоположника соцреализма в литературе — Максима Горького (настоящее имя Алексей Максимович Пешков). В сознании широкой аудитории закрепился образ престарелого литератора, заточенного в «золотую клетку», вынужденно подыгрывающего деспоту Сталину, оправдывающего его злодеяния.

А напрасно, считает Дмитрий Стровский, доктор политических наук, профессор, исследователь Центра обороны и коммуникаций в Ариэльском университете (Израиль), в прошлом — преподаватель факультета журналистики Уральского федерального университета.

В интервью с ним мы поговорили о двойственности политической позиции Горького, его компромиссах с властью, эмиграции и о том, почему жизнь писателя — открытый учебник для современной интеллигенции, заигрывающей с властью. подробнее ⮞⮞⮞

Америка минувших дней

Первые двадцать лет жизни в Америке наша жизнь была спокойной, размеренной и весьма безопасной — мы даже в доме не запирали двери. Однако, за последующие без малого четверть века обстановка стала напряжённее: сейчас двери не только запираем, но установили в доме сигнализацию, а мои более решительные друзья даже обзавелись оружием. Впрочем, я хочу поговорить не о сегодняшнем дне, а о временах сравнительно давних, даже патриархальных, когда в США отношения между людьми были доверительные — люди свято уважали закон и верили друг другу на слово, которое порой имело такую же силу, как подписанный контракт. Ментальность у среднего американца была примерно такая: я законопослушный гражданин, а значит и все вокруг меня такие же честные и добропорядочные.  подробнее ⮞⮞⮞

Голоса из снов на краю жизни

О книге Евсея Цейтлина «Перечитывая молчание»

В 1994 году кинорежиссёр Стивен Спилберг основал Фонд Шоа для видеозаписей свидетельств о Холокосте — величайшей трагедии европейских евреев. Лет за семь до того  писатель и литературный критик Евсей Цейтлин стал записывать свидетельства евреев очередного Исхода (первый был из Египта 3300 лет назад, затем исходы постоянно шли один за другим, а последний был из России в недавнее время). Впрочем, материалы, которые собирал Цейтлин, это не только свидетельства о событиях Исхода из страны красных фараонов, в основном – это до невероятной плотности сжатые зарисовки и рассказы о характерах и судьбах самих свидетелей.

Свои интервью и наблюдения Цейтлин опубликовал сначала в книге «Долгие беседы в ожидании счастливой смерти», вышедшей в 1996 году. Та книга вызвала большой интерес, была переиздана много раз и переведена на пять языков. В своей новой работе «Перечитывая молчание» (Алетейя, СПб, 2020) Цейтлин продолжил эту тему, так что книга стала логическим и фактическим продолжением предыдущей. Она разделена на несколько частей — подзаголовок в ней: «Из дневников этих лет». Первые три части — коллекция маленьких рассказов о людях, которых автор встретил в своём поиске, об их надеждах, радостях, горестях, мечтах и страхах. Заключительная и самая большая часть книги — сборник эссе о непростых судьбах деятелей еврейской культуры, как известных, так и по разным причинам не вышедших на просцениум литературы, включая краткую историю собственного Исхода. подробнее ⮞⮞⮞

Джекпот – это не для каждого

Деньги, женщины, одиночество в романе Давида Гая

Если хотя бы изредка вы покупаете лотерейный билет или вдруг надумали завести себе любовницу (-ка) – вот вам совет: вышла замечательная книга, которая может оказаться для вас весьма полезной и поучительной. Эта книга: «Джекпот» известного писателя Давида Гая (Изд. «Алетейя», СПб, 2021). Поясню для тех, кому это слово незнакомо: джекпот (jackpot – англ.) – главный выигрыш в лотерее, казино, или в иной финансовой игре. Лично я лотерейные билеты никогда не покупаю, не потому, что меня не интересуют деньги и мне не нужна любовница, а потому, что верю в правило теории вероятностей: «шанс выигрыша в лотерее не зависит от того, купили вы билет или нет». Но это лично я так думаю, а у вас может быть иное мнение, с теорией вероятностей не согласное: кто-то всё же выигрывает! Так почему не я? Есть же такие счастливчики, пусть даже один на десять миллионов, который угадывает в лотерее верные номера, срывает огромный куш и в одночасье становится богачом. подробнее ⮞⮞⮞

«Самая известная и уважаемая книжная ярмарка в стране сняла мое выступление по политическим мотивам»

Когда осенью вышла моя книга «Невероятные приключения в женской камере №3», издательство Corpus предложило мне поучаствовать в книжной ярмарке non/fiction. Я согласилась. Ярмарку тогда из-за коронавируса перенесли на конец марта, и у меня там должна была состояться презентация. При этом издательство договорилось о самой большой площадке для меня, потому что мы ожидали, что людей придет много.

Дальше меня посадили под домашний арест, но слабая надежда, что я как раз выйду к концу марта, оставалась. Арест на прошлой неделе мне продлили, и стало ясно, что поучаствовать я не смогу.

Однако теперь стало известно, что руководство ярмарки еще до того, как мне продлили арест, перенесло мою презентацию из большого зала в маленький. А через некоторое время они негласно связались с издательством АСТ, куда входит Corpus, и попросили вообще мою презентацию из программы убрать. подробнее ⮞⮞⮞

«Я не хочу умереть от этой болезни»

С восторгом прочел «Империя должна умереть» Михаила Зыгаря. Молодец, парень! И добросовестно потрудился с фактурой. И нашел вариант подачи, который воплотил лучший образец журналистики. А именно: когда фактура излагается безо всяких интерпретаций. Но подобрана, выстроена она так, что ведет и убеждает стократно сильней, чем всякие идейные и вкусовые комментарии. Читаешь – и такое ощущение, будто плывешь на корабле. А читается, как азартный приключенческий триллер.

При этом погружаешься в эпоху, чувствуешь оттенки времени.

Это достигается за счет непрерывного цитирования современников – от газет до мемуаров. Получается, что почти весь текст изложен в их пересказе и вздохах. А исторические персонажи выглядят живыми, конкретными, почти литературными героями. подробнее ⮞⮞⮞

Беспощадная искренность

О новом романе Давида Гая «Линия тени»

На моих книжных полках выделена специальная секция для книг с дарственными надписями от уважаемых мной литераторов. Перед тем, как поселить подписанную книгу в отведённое ей место, я её обычно внимательно прочитываю. Если не нахожу книгу интересной, ничего автору не говорю – в таких случаях лучше вежливо промолчать дабы не портить отношений. Если книга понравилась, обязательно позвоню и ещё раз поблагодарю. Ну, а если книга меня серьёзно зацепила и мне хочется к ней возвращаться, в таких редких случаях меня обычно тянет к компьютеру написать на неё отзыв и поделиться своей радостью с потенциальными будущими читателями.

Именно это произошло, когда я получил в подарок от Давида Гая его последнюю книгу «Линия тени».

Уже с первых страниц я понял – это исповедальная проза, написанная от первого лица. Предельно искренняя, обнаженная, мужественная, беспощадная. Это  биография, но не человека, а целого поколения, причём не хронологическая и не историческая, а интеллектуальная – собирательные размышления о чувствах, эмоциях и судьбах, где ненавязчиво поданные личные эпизоды служат лишь иллюстрацией того, что человек чувствовал тогда и что чувствует сегодня, извлекая всё это из глубин памяти. подробнее ⮞⮞⮞

Хэллоуин 2020 в Вашингтоне

В элитном районе Вашингтона со странным названием Калорама разместились без малого три десятка посольств. Там же обитают далеко небедные люди, вроде Иванки Трамп с мужем и основателя компании «Амазон» Джефа Безоса. На улице Бельмонт, что в северной части района, стоит большой старинный кирпичный дом с девятью спальнями и восемью туалетами. По виду он несколько напоминает сумрачный замок Дракулы и потому стоит ли удивляться, что живёт в нём бывший президент Обама с супругой? И уж совсем неудивительно, что субботним вечером 31 октября, на праздник Хэллоуин, к чугунным воротам ограды этого приметного дома стали съезжаться бронированные лимузины в сопровождении джипов охраны.

Охранники выскакивали из своих машин, открывали двери лимузинов и помогали гостям пройти в дом. На всех были надеты чёрные карнавальные костюмы и маски, с той только разницей, что на охранниках по случаю эпидемии были медицинские маски, а вот на гостях были надеты хэллоуинские маски, изображающие лица знаменитостей либерального толка. подробнее ⮞⮞⮞

Голливудская Перестройка

Из высоких арочных ворот лос-анжелесского вокзала “Union Station”, которые по форме напоминают арку голливудской киностудии «Universal», вышел молодой человек лет двадцати восьми. У него было шоколадно-загорелое лицо, тёмные кучерявые волосы, карие глаза и медальный профиль. На голове его сидела небекрень белая фуражка с кокардой в форме якоря и надписью на околышке «Капитан». Такие сувенирные кепочки обычно носят провинциалы из американской глубинки, приехавшие в Калифорнию поглазеть на Тихий Океан и имея смутную надежду столкнуться на улице с какой-нибудь киношной знаменитостью. В руках у приехавшего был небольшой саквояж. Он посмотрел на башенные часы, сверил время со своими наручными и внимательно оглядел привокзальную площадь, по всему пространству которой, как одуванчики на тонких ножках, торчали высоченные пальмы с чахлыми ветвями на макушках. Молодой человек вздохнул и огорчительно сказал самому себе:

— Нет, это не Рио-де-Жанейро. Внешне похоже, однако, не одно и то же…. подробнее ⮞⮞⮞

Собачьи Бега

Гротеск на злобу дня

Познакомьтесь с Мэни Злотником  — господином лет пятидесяти, невысоким, чуть лысеющим и слегка полнеющим, но весьма симпатичным, активным и деятельным. Бизнес у него был несколько необычный — он трудился председателем общества беговых собак и организатором собачьих бегов. В прежние времена это давало стабильный заработок и неплохо его кормило. Однако, в последние годы во многих штатах собачьи бега запретили и доход продолжал идти лишь из Флориды, Алабамы, Коннектикута, да ещё из пары-тройки других штатов. Расходы и налоги росли, а заработок заметно упал; впрочем, на жизнь пока хватало. Весь день Мэни обзванивал владельцев собак, ветеринаров, хозяев треков, букмекеров, договаривался со страховыми компаниями и рекламными агентствами. Самое сложное было найти достаточное количество хороших беговых собак — борзых, грейхаундов, левреток. Их становилось всё меньше, а потому он стал организовывать бега со смешанными породами, добавляя в забеги афганов, английских волкодавов и даже биглев. подробнее ⮞⮞⮞

Как поссорился Аркадий Исаакович с Аркадием Борисовичем

Аркадий Исаакович и Аркадий Борисович иммигрировали в Америку лет эдак тридцать назад почти одновременно, но из разных городов на букву «О». Аркадий Исаакович был из Одессы, а Аркадий Борисович — из Орла. Чудные они были люди, душевные, и работящие очень. Оба поселились в Лос-Анжелесе и через несколько лет открыли бизнесы недалеко друг от друга на большой и суетливой улице Фэйрфакс. Впрочем, я забегаю вперёд. Прежде, чем начать моё правдивоое повествование, я должен познакомить читателя с этими замечательными господами.

Начну с Аркадия Исааковича. Это был невысокий, весьма упитанный человечек лет шестидесяти, с круглым, как оладушка лицом, носом пуговкой и заметной лысиной посреди рыжевато-седых кудряшек. По профессии он был повар, и много лет назад приехав в Лос Анжелес, задумал открыть маленький ресторан, где коронным блюдом стали оладушки с разнообразными и до умопомрачения вкусными подливками. Кому — шоколадную, кому земляничную, а хотите — с кленовым сиропом. подробнее ⮞⮞⮞

Старый Стол

Есть такое мудрое изречение: «Всё надо делать во время или чуть раньше». Сказать просто, но вот сделать «во время или чуть раньше» редко когда получается, а потом горестно сетуем: «Да, задним-то умом мы все крепки». Так получилось с моей роднёй — отцом с матерью, сестрой с семьёй и бабушкой. Когда 43 года назад по счастливому стечению обстоятельств мне удалось навсегда покинуть СССР и оказаться в Америке, они об эмиграции и не думали, остались дома и жили себе, как и прежде, получая от меня еженедельные письма-отчёты.

Но, как порой бывает: не было счастья, да несчастье помогло. Незадолго до московской Олимпиады 1980 года с моей сестрой случилась беда — у неё возникло массированное кровоизлияние в оба глаза и она полностью ослепла. В московском институте им. Гельмольца, где ей безрезультатно пытались помочь, намекнули, что её единственный шанс — это обратиться к американской глазной хирургии. Как только я об этом узнал, немедленно связался с клиникой в Балтиморе и ведущий глазной хирург мне сказал: «Да, в таких случаях иногда удаётся помочь, но чтобы сказать более определённо, мне нужно видеть пациента». подробнее ⮞⮞⮞

Страницы