Общественно-политический журнал

 

Литература

Василий Гроссман "Треблинский ад"

На фото: 21 августа 1942 г. 400 украинцев, при содействии польской полиции и солдат СС, окружили гетто в Siedlce (Польша), и на следующий день 10000 евреев были депортированы в лагерь смерти Треблинка

Брошюра Василия Гроссмана "Треблинский ад" передавалась из рук в руки на Нюрнбергском процессе в качестве обвинительного документа. 

Через несколько лет, в романе "Жизнь и судьба" и в повести "Все течет" Гроссман также внимательно приглядится и к другой стороне - советской власти, "нашей святой Красной Армии" и т. д. - и поставит их на одну доску с немецким фашизмом.
далее➤

Роман Гроссмана возглавил список бестселлеров в Британии

"Жизнь и судьба" - огромный, 900-страничный роман о Второй мировой войне практически никому в Британии неизвестного, умершего почти 50 лет назад советского писателя Василия Гроссмана - возглавил на этой неделе список бестселлеров британского книжного рынка.

"Это лучший роман ХХ века", - такова глубокая убежденность главного редактора Радио 4 Би-би-си Марка Дамейзера, и только благодаря этому "Жизнь и судьба" превратилась в восьмичасовой радиоспектакль, что в свою очередь привело к невиданному всплеску интереса к военной эпопее полувековой давности. далее➤

Даниил Гранин "СТРАХ"

Выборочные главы из книги Даниила Гранина "Страх". Глава 1

(на фото - та самая "Родина-мать", которая не зовет....она в ужасе)

Теперь он был удачливый бизнесмен. Чего-то покупал, потом это чего-то где-то продавал. А раньше он был партийный начальник. Он работал в местах моего детства. Он был секретарь обкома. Третий. Но все равно большой начальник, то есть ему подавали машину, он имел «вертушку» — особый телефон — и много власти. Звали его Федор Алексеевич. В новом своем качестве он отрастил бороду и носил крест. далее➤

Даниил Гранин: Терпеть не могу разговоров об особом пути России!

Много лет назад Даниил Гранин в книге "Страх" описал состояние человека, которому довелось жить в сталинскую эпоху: "Что это был за страх, трудно себе ныне представить. Нечто мистическое, страх, который больше страха смерти, страх, от которого цепенела мысль... Олицетворением такого страха был Иосиф Сталин.

Выветрился ли из нас самаэлевый дух, или же мы и спустя полвека продолжаем пребывать под гнетом былых напастей, по-прежнему цепенея от ужаса при воспоминаниях и ожидая прихода нового "отца народов", -- об этом разговор с живым классиком отечественной литературы. далее➤

Василию Гроссману, величайшему летописцу России, до сих пор не воздали должного

"The Guardian", Великобритания

Когда, летом 1941 года, нацисты начали свое вторжение, Екатерина Короткова-Гроссмана была в пионерском лагере. Ее отец, писатель Василий Гроссман, отправился на фронт военным корреспондентом газеты «Красная звезда». И она, и он выжили только чудом. далее➤

Страницы