Блоги

Если вы пока ещё об этом не задумывались, то я скажу: давление — великая вещь: жестокая, порой разрушительная, но совершенно необходимая. Я ценю давление и отношусь к нему с уважением потому, что без него не было бы не только прогресса, но и самой жизни. Будь я поэтом, написал бы давлению хвалебную оду, но поскольку нет у меня поэтического дара, приходится ограничиться прозой. Для начала — краткая экскурсия в науку.

Давление водяного пара двигает турбины, давление газа толкает вперёд автомобили и самолёты, без осмотического давления не было бы живых клеток и нас с вами, давление электрического поля, которое мы называем напряжением, даёт нам электроэнергию. Чтобы в ограниченном объёме (внутри каких-то стен или границ) возникло давление, нужно накопление там некой энергии. Эффект от давления возникнет только тогда, когда наружное давление, то есть вне стен или оболочки, будет меньше или больше, чем внутри. Причём, не имеет значения где оно выше: внутри или извне — важно не само давление, а его перепад. Дальше я буду говорить не об эффектах перепада давления в природе, науке и технике, а о том, что происходит в человеческом обществе.

Сериал «Грозный», снятый той же командой, что и «Софья» и «Годунов», и практически на тех же декорациях под водительством режиссера Алексея Андрианова, стал очередным вкладом в эстафету, начатую Сергеем Эйзенштейном в 1944-45 годах. И вместе с 16-серийной работой Андрея Эшпая (2009) это уже триада сериалов (если не считать односерийный «Царь» Лунгина).

Вот уж воистину можно сказать – каждому времени – свой Грозный.

Ведь если применительно к хронике и достоверности фактов исторической темы еще можно говорить о неких рамках бесспорного и более-менее общепризнанного, то в их трактовке время и мировоззренческие интересы безгранично субъективны и разнообразны. Так, говоря о персоне Ивана IV, историки сходятся в том, что жизнь этого персонажа  расколота на два периода, в которых присутствовало как бы две разных личности. По поведению, по стилистике правления. Был царь хороший, для характеристики которого используются эпитеты ряда смирный, мирный, чуткий, сомневающийся, открытый для реформ и т.п. И царь плохой: лютый, кровожадный, патологически подозрительный, деспотично властный....

Новость о том, что Китай отправил тяжелую ракету на Луну с миссией в течение 23 суток доставить на Землю образцы лунного грунта, побудила проанализировать хронику поползновений Поднебесной в Занебесье. И вот какая складывается картинка.

В своем стиле китайцы и в космосе все делают не спеша, с дальним прицелом и основательно. О своих амбициях в его освоении они объявили еще в 1956, приняв долгосрочную программу. Но первый спутник запустили только через 14 лет – в 1970-м. То есть в тот год, когда советская автоматическая станция Луна-16 высадилась на Луне вслед зап американскими космонавтами в сентябре 1969. В результате этих и последующих усилий на Землю было доставлено соответственно 324 грамма и 380 килограммов лунных пород. 

И по логике вещей, и по накалу ереванской площади Свободы, на которой бушуют страсти после 9 ноября, мало кто сомневался, что с властью Пашиняну придется расстаться в ближайшие часы. Косвенным аргументом тому служил и сам факт его исчезновения, когда несколько дней СМИ гадали, где он скрывает свое тело от побоев разъяренной толпы.

Однако, вскоре выяснилось, что премьер и не помышляет уходить. И с самого начала эфир своего фейсбука задействовал для демонстрации намерения не только сохранить статус кво, но и укрепить власть.

Читатель другой моей статьи, следуя распространённому мнению, что политику не делают чистыми руками, а Трамп пытался и сдался слишком легко, спросил:
«Удивительное дело: это опытного бизнесмена обвиняют в том, что он в белых перчатках вошёл в самый центр американской политики! Немного лидеров пришли к власти чисто. Кто?» - утверждает мой оппонент.

Правда ли, что «никто», тем более, в свободном мире? Я ответил, кроме Трампа, много и других, на наших глазах: Черчилль, Трумэн, Рейган, Аденауэр, де Голль, наверно, Горбачёв и Ельцин, Ли Куан Ю (Сингапур), Маргарет Тэтчер. Все эти люди отличались от Трампа одним: они как-то умели ладить и обходить противников, тогда как Трамп не всегда ладил и с друзьями.

Прочитал присланную американским автором статью в российской газете – и в голове завертелась строка из «Высокой болезни» Пастернака, которую я тут же дерзнул перефразировать: "Предвестьем льгот приходит Генис..."

В поэме речь идет о Ленине, и там Предвестьем льгот приходит гений. А дальше – И гнетом мстит за свой уход.

Александр Генис не собирается уходить в мир иной. Совсем напротив. Он чувствует себя помолодевшим аж на 40 лет. (Мы увидим это ниже) Он окрылен. Он счастлив. Его обуял новый прилив вдохновения и энергии. В мгновение ока набросал и отправил в «Новую газету» обширный текст под интригующим заголовком «Слева направо. Как демократия победила демагогию». Накануне отправки задал мне вопрос и вставил мой ответ в свою статью, назвав меня своим «старым товарищем». Наутро получаю от него ссылку на свеженькую публикацию и вижу, что передо мной – не текст, не статья, не эссе, а выплеснутые на страницы «Новой» брызги шампанского, откупоренного автором по случаю объявленной американскими СМИ победы многообещающего тандема Байден-Харрис.

Итог шести недель кавказской войны, подведенный в «смете» трехстороннего соглашения, на первый взгляд вполне определенный. И в большинстве комментариев расценивается как триумф российской дипломатии и лично Владимира Путина. Подчеркивается, что Москва единолично – минуя международных арбитров типа ЕС и ООН, поставила свой сапог посреди Кавказа на неопределенно долгоиграющий срок. Да еще и наказала руководителя Армении, продемонстрировав своему народу, какие нерадивые главнокомандующие появляются через майданы.

Однако, в сложной многоходовке, результат которой прописан в Соглашении, есть один Большой вопрос, который с каждым днем, словно гвоздь, вылезший под  ватином мягкого кресла, все больше начинает напоминать о себе. Речь, конечно, идет о Турции. О ее роли – как на макро, так и на микроуровне.

Ни один народ на земном шаре не является автохтонным для той территории, на которой он в данный момент проживает.

Это почему же всем дома не сидится? А если научно поставить вопрос, то звучать он будет так: каковы причины миграции? И тут, если позволите, я вспомню сказку. В принципе, вы все её знаете. Она присутствует в фольклоре народов Европы. И даже в Африке и Китае встречается. Сказка с наличием строительной тематики. Паттерн во всех её версиях один и тот же: имеются злодей-волк и его жертвы — поросята (в итальянском фольклоре это были гуси). Жертвы строили себе жильё из подсобных материалов — соломы, веточек, дощечек. А волчара поганый рушил эти хилые убежища и по мере продвижения, съедал бедных зверушек одну за другой. Такое себе монотонное мочилово. Хрусть-хрусть, хряп-хряп, чавк-чавк. Вот такая вот сказка из серии «жили-были». С довольно сытым для волка хэппи-эндом.

Просыпаюсь в холодном поту. Привиделось, будто говорю с другом по телефону о надвигающихся выборах. И вдруг – слышу вкрадчивый женский голос:

"Mister Frumkin, мы вынуждены прервать ваш разговор, так как его содержание не соответствует критериям нашей телефонной компании. Кроме того, приводимая вами информация нуждается в дополнительной проверке. По имеющимся у нас сведениям, она является дезинформацией российского происхождения. С сожалением сообщаем, что за нарушение принятых нами норм коммуникации вы лишаетесь телефонной связи сроком на одну неделю".

Второй тур парламентских выборов в Литве, в минувшее воскресенье завершивший общую картину, внес ясность в главном вопросе, который после первого тура интриговал – на правом фланге набралось достаточное число голосов, чтобы иметь правящее большинство. И волна пресс-конференций, которой отмечен понедельник, уже обозначила основной конструкт коалиции: победившие консерваторы (50 мандатов) объявили о намерении пригласить в нее две либеральных партии – Движение либералов и Партию свободы.  По сумме это даст 74 места из 141. 

При этом важно иметь ввиду, что правый фланг в Литве особенный.  Он – консервативный, а не либеральный. И вполне отражает крестьянскую психологию населения с сильными традициями католического костела.

Авраам Кацман: «Ненавидишь Трампа? Понятно. И всё же, лучше голосовать за него»

Только недавно, в пост Йом Кипура, в молитве «Видуй», евреи били себя в грудь, перечисляя все возможные грехи и в них каялись.  Если бы, и вправду,  в них верили, да ещё убедили в них неевреев - нечем было бы отбиться от антисемитов. По счастью, ни евреи, ни антисемиты, а, главное, Б-г, в бесчисленные наши грехи не верят.

Авраам Кацман 11 октября в Jerussalem Post практически повторил эту молитву в перечислении грехов Дональда Трампа, он сказал, что многие из нас (не этот автор и его круг!) его «ненавидят», прежде чем он сформулировал свой «несмотря на…» призыв голосовать за него на выборах.  Трамп – вульгарный, нарциссический, нечестный, неграмотный, фанатичный, неотёсанный, женоненавистник; он – расист, исламофоб и антисемит; обманщик, аферист и неплательщик налогов.  Он всё-таки сговорился с Россией, украл выборы у Хиллари Клинтон, у него нет морального компаса, он поддерживает диктаторов и белых супрематистов (я с трудом выписываю слово). «Я что-нибудь позабыл?» - заканчивает Кацман свой «каталог» иронией, которая всё же оставляет ему поле для отступления. Да, позабыл – Трамп ещё и антикитаец.

Приезжаю в Америку. И с удивлением замечаю, что мое решение уехать из СССР вызывает у кое-кого из моих новых сограждан искреннее недоумение. Вижу радушные улыбки, слышу: Welcome to the United States! Но к улыбке и приветствию сплошь и рядом примешивается некий диссонанс, проскальзывает тень то ли сомнения, то ли замешательства. Некоторые, однако, осмеливаются поставить вопрос ребром: «Why did you leave? Почему уехал? Чего тебе не хватало в стране, где нет экономических кризисов и безработицы и есть бесплатные медицина и образование?»

Впервые такой вопрос был задан мне 30-го мая 1974 года – в день нашего с Лидой прибытия из Рима в Де-Мойн, столицу штата Айова, где проживал мой американский дядя Герман Фрумкин. Мы сидели в ресторане, куда дядя пригласил в нашу честь своих близких друзей. Пытались управиться с роскошным, невероятного размера стейком и, попутно, поддерживать разговор с гостями. Что было очень непросто, поскольку гости не говорили по-русски, а наш английский был в состоянии близком к эмбриональному.

Весть о том, что у президента США обнаружен смертельно опасный COVID-19, и реакция наших СМИ на эту новость, вызвала в моей памяти эпизод почти сорокалетней давности. Произошел он в Оберлинском колледже, где я преподавал и был директором Русского дома – общежития для студентов, изучающих русский язык.

30-е марта 1981 года. Жуткий, тревожный день: в Вашингтоне возле отеля «Хилтон» тяжело ранен новый президент, Рональд Рейган. Громкий стук во входную дверь Русского дома. На пороге – бледная, взволнованная женщина с пареньком лет 16-ти. И сразу – в крик: «Ноги моей здесь больше не будет, и мальчика своего сюда не отдам! Может, вы мне объясните, что у вас тут за люди, в общежитии напротив, «Третий мир» называется!». «А что случилось?» «Вот, привезла сына посмотреть Оберлин, он в будущем году кончает школу. Ходили по кампусу, заглянули в этот самый «Третий мир», а там – шум и хохот. «Выпейте с нами! – орут. И подносят бокал. – Про Рейгана слыхали? Ранен! Тяжело! Пьем за то, чтоб не выжил!»...

Хотя парламентские выборы в Литве, первый тур которых прошел в минувшее воскресенье, еще не закончились,  в них уже вполне проявились их фундаментальные результаты и особенности .

Но, прежде чем приступить к их оценке, стоит напомнить о самой технологии избрания Сейма. В Литве 141 (70 + 71= 141) членов Сейма, его члены избираются по  смешанной системе : 71 – по мажоритарной системе в одномандатных округах (то есть, избираются конкретные персоны) и 70 – по пропорционально-списочной системе, когда голосуют за партии со списками, которые те предлагают сами. При этом для партий действует 5% -ный барьер (нынче сумели преодолеть 6 партий из 17), а для одномандатников – 7-%ный. Минимальные нормы участия в выборах для признания их результатов - 40% и четверть избирателей соответственно.

Александр Григорьевич выдал фортель, развеселив и озадачив всех, кому интересна заварушка в Беларуси. Приехал в СИЗО КГБ и усадил за стол с икибаной 8 зэков с Виктором Бабарико с его сыном Эдиком. И проговорил с ними один на один – в полностью закрытом режиме – более четырех часов.  Уже самим этим экстравагантным действом он тем самым переквалифицировал их из уголовников в политзэков.

Поскольку никакой содержательной информации по этой встрече власти СМИ не представили, им, а вместе с ними – и всем любопыствующим представлено безграничное поле для фантазий - что бы это значило? И по поводу инициаторов идеи, и ее мотивов, и тем и результатов этого странного застолья.