Общественно-политический журнал

 

Тамара Сидорова (Tamara Sidorova) - танец со скрипкой

Тамара Сидорова – человек исключительной, просто-таки вулканической энергии сердца. Певица, клоунесса, композитор, танцовщица – это только дополнительные цвета в ее творческой палитре. Но, прежде всего Тамара – фантастическая, уникальная «шоу-скрипачка», заражающая весельем и теплом любой, самый хмурый зал даже не с первой ноты - с первой неповторимой сияющей улыбки. Звук ее скрипки не спутаешь ни с одним другим скрипичным звуком в мире – настолько он ярок, горяч и человечен. Тамара, уроженка Сведловска-Екатеринбурга, жительница Дюссельдорфа, любимица европейских фестивалей - хэдлайнер прошедшего с 7 по 10 сентября в Коктебеле Международного Музыкального фестиваля Андрея Баранова МАМАКАБО, посвященного человеку, с которым Тамару связывает намного больше, чем многолетнее счастливое совместное творчество. Андрей Баранов, Андрюша, для нее просто половина жизни. Жизни в необыкновенной любви и поисках собственной единственной дороги…

 На сайте фестиваля МАМАКАБО кто-то из посетителей написал о ней – «Когда играет Тамара Сидорова, Ванесса Мэй ломает скрипку об колено и уходит учиться в музыкальную школу». В принципе, это понятно. Вероятно, прославленной Ванессе просто не повезло с учителями. Учителем – главным и любимым – у Тамары Сидоровой был удивительный человек. Звали его Лев Самуилович Тышков.

 Лев Самуилович эмигрировал в Японию вместе со своими учителями – лучшими русскими скрипачами, когда Россию сотрясала буря кровавой русской революции. А когда буря утихла, возвратился в Росиию. Элегантный, подтянутый, всегда безупречно одетый, знающий языки, он кружил головы пианисткам и русским переводчицам с японского. Нередко его видели с той или иной шикарной дамой в первом ряду Большого театра, причем никто никогда не мог упрекнуть его в недостойном поведении. Это была дореволюционная школа отношения к жизни – широкого и утонченного одновременно. Естественно, подобное поведение не могло остаться незамеченным бдительным оком ревнителей советской нравственности. Льву Самуиловичу повезло – он получил «всего» 15 лет тюрьмы не очень строгого режима. А потом – ссылку в Свердловск. Здесь быстро добился звания лучшего скрипичного педагога России. А потом уехал в Америку. За несколько лет до своей смерти в Америке он написал книгу. Надписал ее немногим. Одной из тех, кто получил дарственную надпись, стала Тамара Сидорова, любимая ученица… А начиналось все с желания мамы девочки Томы…

 Мама Тамары очень любила музыку, сама замечательно пела, но, будучи инвалидом-сердечницей, вложила все свое жгучее желание служить музыке в дочку. Тамара с раннего детства росла очень крупной и сильной девочкой. Однажды мама и две ее дочки (у Тамары есть еще старшая сестра) услышали по радио «Лебединое озеро». Мама включила радио погромче, и стала танцевать, а потом к ней присоединилась Тамара. Томину сестру танец как-то не привлек, а Тамара в конце концов под эту музыку неожиданно для самой себя «умерла», по-балетному сложив маленькие ножки и ручки. К тому времени Тамара уже год как занималась в балетном классе для маленьких, на фигурном катании и даже в легкой атлетике.

 Что удивительно, глядя на «умирающего лебедя» Тамары, мама отчетливо поняла, что Тамара – нет, не танцовщица. Она – музыкант. Так в четыре года Тамара оказалась в спецшколе при свердловской консерватории. Прибавив дочери два года, мама записала Тамару в класс скрипки. Первые десять лет Тамара относилась к скрипке как к главному врагу в своей жизни. Тамара играла на ней полтора часа утром и полтора часа вечером, а перед этим мама дочку кормила. Конечно, маленькая Тома всячески оттягивала тот момент, когда ей придется взять в руки скрипку. «Естественно, ела я очень много и была как эта … шифонера здоровая. А при виде скрипки меня просто рвало – фонтаном! До того ненависть была к инструменту – как это все дети гуляют, а мне нужно играть – ужас!».

 Любовь пришла в 14 лет. Вместе с первой любовью, к тонкому и серьезному мальчику-соседу – любовью, разумеется, несчастной. «В этот момент я все в скрипку вложила – эту первую любовь, свой звук у меня появился именно в 14 лет, то звукоизвлечение, без которого себя уже не мыслю, ощущение этого высшего движения души». С этой поры Тамара и скрипка – две вещи нераздельные.

 После 8-го класса Тамара ушла в музыкальное училище Чайковского, как сама утверждает – «искать приключений!» Там-то и попала к педагогам, благодаря которым во многом мы сегодня знаем ее как уникальную, неповторимую шоу-скрипачку – Петухову и Тышкову. Проучилась, правда, своенравная Тамара там всего два года, а потом ушла и оттуда. Ушла и из дома, жила у лучшей подруги. А дальше… Дальше были годы «кабацкой удали» - Тамара увлеченно играла в ансамблях ВИА-69, «Чудесницы», зарабатывая первые, уже вполне приличные гонорары. Тогда уже она стала не только играть на скрипке, но и подпевать себе. Песни были соответствующие месту исполнения - «ура»-патриотические или «про любовь».

 В свердловском кафе «Молодежное» Тамара не только играла, но и помогала делать аранжировки музыкантам, у которых, в отличие от Тамары, не было музыкального образования. Перекладывала поп-музыку с ксилофона, с виброфона — на гитару, на саксофон… Пиком и завершением «кабацкой карьеры» Тамары Сидоровой стал лучший ресторан Свердловска — «Уральские пельмени». Один из местных мафиози по-отечески полюбил Тамару за доверчивость и непосредственность, никто не смел тронуть ее и пальцем. Музыкальной королевой Свердловска отметила она здесь свое феерическое восемнадцатилетие. А потом вдруг заскучала. Куда стремились все герои-интеллигенты рубежа веков? Правильно, в Москву, в Москву… Вот и Тамара решила – была-не была. И – с валенками, ананасом и… австрийским микрофоном Тамара укатила в неведомую столицу. Ананас тут же был кому-то подарен, валенки не пригодились, а вот микрофон пришелся по назначению – Тамара попала в популярный ансамбль «О чем поют гитары?»

 Основной репертуар ансамбля составляла, разумеется, как честно говорит Тамара, «попса». Играли, правда, и джаз-рок, благо команды подобралась сильная – великолепный пианист, два саксофониста, трубач и скрипачка. Ансамбль «О чем поют гитары» проходил в Москонцерте по категории «группа перед звездами» - они аккомпанировали Валентине Толкуновой, Владимиру Высоцкому, работая по 110 концертов в месяц. Объездили почти все регионы страны, три раза побывали только на одном БАМе.

 О Высоцком Тамара вспоминает с благодарностью и нежностью – «Первое отделение мы работали сольно, второе он работал сольно, а три-четыре вещи под финал ему бэнд аккомпанировал. Например, «Кони привередливые», что-то еще. У нас были смешные отношения – мы подрались. Потому что он же звезда, а я кто? Он даже маленький стишок мне написал про белую кожу – у меня тогда была белая кожа с рыжими веснушками, это сейчас я стала черная!». Тогда, в 18 лет Тамара «звездных» людей вообще-то побаивалась. Почему? Трудно поверить, но Тамара уверяет, что была слишком закрепощенная. И вот как бывает – пересечения в судьбе Тамары всегда играли большую роль – много лет спустя оказалось, что муж Тамары Анатоль 10 лет жил у Нины Максимовны Высоцкой в квартире, будучи студентом медицинского института. Но об этом она узнает много позже.

 А тогда… Однажды коллега по «Гитарам» Леша Глызин рассказал Тамаре, что в Москонцерте есть фольклорная группа, где требуются звукорежиссер и скрипач. Так и получилось, что тогдашний муж Тамары занял вакантное место звукорежиссера, а сама она стала… скрипачом. «Им нужен был скрипач, а скрипачки вовсе не требовались. А я пришла и сказала – «а я – скрипач!». «Ну, сыграй» - сказали мне. Я сыграла и осталась».

 Так Тамара вновь выбрала судьбу на долгие годы. «Фольклорной группой» оказался знаменитый ансамбль под управлением Владимира Назарова. Правда, сначала у Тамары сложилось о нем, мягко говоря, не самое благоприятное впечатление. «Когда я услышала, как эти дудки там что-то такое гудят и дудят, мне стало тошно – я, помню, подумала тогда – в какой же кошмар я попала, это же просто бардак… Все фальшиво! Аккордеон не строит, с гобоями, с жалейками-налейками полное нестроение – у меня же, как у скрипачки, абсолютный слух – как же я здесь буду играть?».

 Когда Тамара сыграла Локутто, Понти, назаровцы обрадовались – новый «скрипач» явно разбирался в музыке. Но в ансамбле Назарова нужно было играть фольклор. И тогда Тамара с новыми друзьями – Андреем Барановым, Костей Кужалиевым и Сашей Шишовым стали изучать кантри-музыку. Компания подобралась самая авантюрная – гений Костя Кужалиев, без музыкального образования игравший на… 100 музыкальных инструментах, идейный теоретик гитарист Саша Шишов и веселые раздолбаи Тома Сидорова и мультиинструменталист Андрей Баранов, быстро ставшие закадычными товарищами.

 Саша Шишов набирал в Ленинке кучу музыкального материала, а потом его задачей было заставить остальных троих этот материал освоить. И постепенно Тамара влюбилась в фольклорную музыку, при том, что раньше просто терпеть ее не могла – ни в музыкальной школе, ни в училище. «Снимала» она всегда очень быстро – стоило только пару раз прослушать или наиграть мелодию – и Тамара уже ее запоминала.

 Новую программу они сделали за год. Выступили с ней на разных площадках и стали лауреатами всех первых премий на конкурсе артистов эстрады. Это давало возможность не только работать два отделения, но и редкую для советских коллективов возможность выехать с гастролями за границу. Так программа стала их звездной визиткой в дороге мировых приключений.

 Ансамбль Владимира Назарова в России был реже, чем за границей. Они объездили более 50 стран, и везде их встречали с восхищением и радостью. А потом у создателя «Лицедеев», клоуна Вячеслава Полунина возникла идея создания уникального проекта «Караван мира», который бы объединял музыкантов, актеров и клоунов в едином представлении-концерте.

 Назаровцы Полунину сразу понравились, а уж какую реакцию вызвала идея Полунина у Тамары, радующейся любой возможности смешивать разные жанры, можно только представить. (Совсем недавно, кстати, Тамара получила у Полунина в Париже роль дурочки-скрипачки в шоу «Все дуры мира», в котором участвуют исключительно женщины, и женщины исключительные, чем Тамара страшно гордится).

 Именно в «Караване мира» Тамара стала единственной и неповторимой исполнительницей оказавшихся всенародными хитов «Ах карнавал, удивительный мир» и «танец маленьких утят». Просто однажды Саша Шишов и Владимир Назаров предложили Тамаре – «спой!». И она спела. А еще играла на аккордеоне и пела французские песни, тирольские, цыганские…

 Между тем ансамбль ездил по странам мира, а Тамаре уже хотелось чего-то нового. Владимир Назаров решил расширить состав, в нем уже нужно было «играть как все», в унисон, а это Тамара, хоть и умела, но никогда не любила. Ее стихией всегда была импровизация, индивидуальность – с массовостью ей было не по пути. По ее собственному определению, «неправильный музыкант», она и играла «неправильно», почему-то интуитивно чувствуя, что именно это и есть ее собственный путь в музыке.

 Совместно с певицей Ириной Гущиной у Тамары была идея разделить ансамбль пополам, чтобы попробовать внутри него что-то новое. Но, увы, эту идею мастер, Владимир Назаров не поддержал. Тогда Тамаре было очень трудно пережить непонимание, но из кризиса либо не выходит ничего, либо непременно рождается что-то новое. Этим новым стала для Тамары «Своя игра», которую вместе с ней создали Андрей Баранов, Борис Сэхон, Саша Шишов.

 «Своя игра» за время существования подготовила материала на все шесть отделений, но играть в России было тяжело – в основном требовали цыганскую музыку или еврейскую, в то время как за границей всю их программу принимали с нескрываемым восторгом…

 Тамара подписала шестилетний контракт с немцами. Тогда ее сыну Никите было 6 лет, и она выбрала – замужество в Германии и воспитание сына. Никита ходил в немецкую школу, Тамара его встречала и была совершенно счастлива. Это было для нее, пожалуй, почти самое счастливое время. Никита занимался с мамой скрипкой. Несмотря на то, что, по семейной традиции, его тоже иногда «рвало» от инструмента, в 7, 9 и 11 лет он получил первые премии на конкурсе скрипачей в Германии. Два года учился играть на кларнете, много занимался сольфеджио. В 13 лет уже играл 1-ю часть концерта, а в 14 лет мама дала ему выбор – что делать дальше. И он выбрал - рисование.

 Сейчас Никите 20, он пишет стихи и картины, скоро получит немецкое гражданство и пока думает над собственным призванием. Тамара хочет, чтобы он стал бизнесменом – «и тогда у тебя будут и стихи, и песни, и все, что ты захочешь». Сама же она собирается переехать в Вену. Ее публика в последние годы – счастливые жители Дюссельдорфа и западной Германии, где она выступает в концертных залах, клубах, на посольских приемах, престижных художественных выставках. Но самая благодарная публика все-таки остается здесь, в России.

 Благодаря международному музыкальному фестивалю Андрея Баранова МАМАКАБО Тамаре все чаще удается выступить на Родине. Ее пронзительно-печальная и светлая композиция памяти Андрея Баранова звучит как потрясающая музыкальная молитва под открытым небом родины Андрея Баранова – Волжска, и в концертных залах Вологды, Самары, Ижевска, вызывая невольные слезы у всех, кто ее слышит. «Мы были по жизни не просто друзья. Мы друг другу доверяли как самим себе, затылком знали, кто что делает, могли прикрыть друг друга в самых сложных ситуациях. Ведь мы объездили столько стран, 6 месяцев жили в Латинской Америке, в Индии. Рождение детей, семей - все происходило на глазах друг у друга. Сколько раз нас полиция ловила, как мы хулиганили – это никому не рассказать. Поэтому потерять такого друга – это…страшно. Это невозможно объяснить. Никто просто не поймет, что я потеряла».

 Может быть, никто из нас не поймет, что потеряла Тамара с уходом Андрея, Андрюши, но в каждой ноте, посвященной Тамарой ему, слышится боль и счастье души, имевшей редкую возможность найти родную навсегда душу на этой огромной, часто такой холодной и равнодушной планете.

 Чудесный светлый человек, летящий по небу – таков для Тамары образ фестиваля МАМАКАБО, объединяющий замечательных музыкантов разных стилей и жанров. Здесь она играет не только композиции памяти Андрея, но и свой коронный номер «Чардаш» Монти, при исполнении которого даже подвыпившие простые волжские ребята, по ошибке принявшие МАМАКАБО за волжское рок-«Нашествие», смущенно переглядывались и понимающе обменивались мнениями «А клево!».

 А еще она заводит с первых нот уже детей тех зрителей, которые требовали «еврейские танцы» в конце восьмидесятых, покоряет гурманов от музыки изысканными модерн-джазовыми композициями и заставляет невольно самых придирчивых ценителей кричать ей во время ее исполнения «Тамара, мы тебя любим!»

 Почему, услышав Тамару, ее уже никогда нельзя забыть или спутать с кем-нибудь другим, и даже самые злостные нелюбители скрипки признаются, что эта их нелюбовь была обусловлена тем, что в их слушательской практике не было такого явления, как Тамара Сидорова.

 Почему, только раз услышав, как она играет, ее хочется слушать снова и снова? Не только потому, что Тамара – уникальная шоу-скрипачка, которой непременно нужно придумать на сцене что-то этакое, с подкидыванием вверх изящным цирковым движением туфелек или смелым выходом в зрительный зал и игрой то с первым, то с последним зрительными рядами.

 Не только потому, что она любит и умеет смешивать жанры и очень благодарна тем музыкантам и зрителям, что готовы подхватить ее веселую игру.

 Главный ее секрет – (как водится, секрет Полишинеля) – прост - Тамара умеет любить. Она обожает свою публику. Она любит коллег-музыкантов, не упуская ни одного случая подыграть кому-то в концерте, создать прямо на глазах зрителей со старыми или новыми друзьями-музыкантами неповторимое творческое содружество, отдавая себя в джеме каждый раз так, будто играет последний в своей жизни сольный концерт.

 Она любит жизнь и людей, щедро отдавая им свое горячее сердце. Ее скрипка всегда поет об этом счастье жизни, дарованной нам Богом раз и навсегда, в которой непременно есть и боль потерь, но есть и то, что сильнее этой боли и сильнее самой смерти – конечно, любовь.

 Та любовь, что однажды подарила 14-летней Томе свой божественный голос, оставшийся с ней навсегда.

Цитата: А вот недавно, опять-таки в Интернете, встретил «замечательный» (с точки зрения молодой музыкальной безграмотности) комментарий после её концерта в Волгограде:

 «...бешенным успехом у волжской молодежи пользовалась некая Тамара Сидорова – бешенная баба в коже косящая под Ванессу Мэй и играющая под её-же фонограмму...»

 

 

 

 

В своей книге «Певцы и вожди» В. Фрумкин размышляет о взаимоотношении искусства и власти в тоталитарных государствах, о влиянии «официальных» песен на массы.

Вышел сборник рассказов Якова Фрейдина
Автор увлекательно рассказывает о забавных ситуациях и интересных людях, которых он встретил: