Общественно-политический журнал

 

Разрушение экономики

Под видом мер нам была предложена каша из самых разных действий, полудействий и просто благих пожеланий

По поводу экономических и прочих мер, озвученных президентом и тех, которые нужны на самом деле:

К сожалению, под видом мер нам была предложена каша из самых разных действий, полудействий и просто благих пожеланий, по русской традиции последнего времени приправленных увеличением налогов (судя по всему, теперь в России любые события будут вызывать увеличение налогов – за компанию).

Озвученные налоги, кстати, будут собраны в 2021 и в большей степени – 2022 годах, то есть к кризису отношения не имеют вообще никакого. Налог на вывод доходов за рубеж должен предполагать наличие доходов – введение его (с параллельной ссорой со странами, соглашения с которыми мы хотим денонсировать) выглядит плохой шуткой: давайте уж разберемся – у нас бизнес будет банкротиться или все-таки доходы в оффшор выводить? далее➤

В Россию снова возвращается дефицит

Глава российского Минфина Антон Силуанов признал, что следствием прихода в Россию коронавируса может быть остановка целых отраслей экономики. Даже падение цен на нефть оказывает на нее менее серьезное влияние. А ведь еще 10 дней назад президент Владимир Путин говорил в Госдуме, что российская экономика будет укрепляться.

В моменты серьезных международных экономических кризисов российские власти традиционно заверяют, как это было, например, во время кризиса 2008 года, что нашу страну проблемы соседей не коснутся. Так произошло и на этот раз. Даже когда упали цены на нефть и вслед за этим обвалился курс рубля, Владимир Путин пообещал, что страна пройдет через кризис достойно. далее➤

Экономика России на грани коллапса?

Вот уже вторую неделю мировые финансовые рынки лихорадит. Цена на нефть, начиная с 9 марта, последовательно падает, а на торгах 17 марта она лпустилась ниже психологически важной отметки в 30 долларов за баррель. Вслед за нефтью упали и фондовые рынки, а также российский рубль. Но если фондовые рынки страдают в основном от пандемии коронавируса, то российская валюта подешевела именно из-за нефти, от которой существенно зависит вся экономика РФ.

Резкое обесценивание энергоносителя  началось сразу после того, как Россия 6 марта отказалась от предложения Саудовской Аравии дополнительно сократить производство нефти из-за пандемии. "То, что Россия отказалась присоединиться к сделке ОПЕК и снизить добычу - и стало основным триггером. Мировые спекулянты очень нервно отреагировали на эту новость, и вот мы видим феерическое падение стоимости барреля", - говорит Сергей Дроздов, аналитик ГК ФИНАМ.

Сейчас речь идет уже о настоящей "ценовой войне", которую России - в ответ на ее отказ от сокращения объемов добычи - объявили Саудовская Аравия и ее партнеры из ОПЕК. Эр-Рияд вовсю предлагает покупателям сырья - в том числе, судя по данным СМИ, и Беларуси - дополнительные крупномасштабные поставки нефти по сниженным ценам. далее➤

Потерянное десятилетие

Сведения о международной российской торговле труднее поддаются подтасовкам, чем любые внутренние параметры — касаются ли они промышленности, уровня потребления или, скажем, жилищного строительства. Тем интереснее сравнить только что опубликованный рапорт о внешней торговле в 2019-м с данными за 2010 год.

Вспомним, какой была жизнь в начале десятых годов и согласимся, что сегодня живем в другой стране. Но, сравнивая товарные потоки, которыми Россия и внешний мир обменивались в 2010-м и 2019-м, удивимся скромности перемен.

Товарооборот мало изменился даже по общим цифрам. В 2010-м он составлял в текущих ценах $639 млрд (экспорт — $393 млрд, импорт — $246 млрд), а в 2019-м — $673 млрд (экспорт — $419 млрд, импорт — $254 млрд). Доллар за эти годы стал дешевле как минимум в 1,15 раза. Поэтому по реальному счету объем российской торговли в конце десятых был не больше, а меньше, чем в их начале. далее➤

Непрекращающиеся пустословия Путина на фоне десятилетнего застоя

Экономические планы нового российского правительства стали неожиданным объектом интереса американской прессы в последние дни. Отправка в отставку правительства Дмитрия Медведева и решительные заявления некоторых членов нового кабинета о намерении добиться резкого ускорения роста экономики всеми доступными способами вызвали в США, с одной стороны, профессиональное любопытство: Россия вроде бы готова на себе проверить жизнеспособность кейнсианской экономической теории, с другой стороны, привычный скепсис: ничего путного из этого не выйдет по причине наличия в стране жесткой политической системы, созданной Путиным. Газета Christian Science Monitor публикует большую статью с вопросом, сможет ли Россия повышенными расходами дать толчок динамичному развитию, а New York Times пишет о пессимизме, который препятствует инвестициям и тормозит экономику. далее➤

Подсказка всякому, кто хочет разобраться, что к чему в России

Правители России понимают, что без быстрого и заметного повышения благосостояния большинства плохо придется всем: население может озлиться (во вред себе первому, но тут уж как водится). При этом они, правители, подобно всем своим предшественникам начиная с Петра, думают: если позаимствовать западные научно-технические достижения, то можно обойтись без свободы. Лучше сказать, вынуждены так думать, поскольку отдают себе отчёт в том, что русская свобода лишит свободы их самих.

Есть и сравнительно новое. Они собрались окоротить себя, или, как они выражаются, элиту: меньше красть и больше трудиться на общество, продолжая, конечно, враждовать со свободным миром и бряцать оружием. Экономического роста, таким образом, не предвещает ничто, а это значит, что будет усиливаться напряжение между верхами и низами. далее➤

Задачи предельно прагматичны – удержать власть и денежные потоки, позволяющие покупать лояльность и обогащаться

Главная задача путинской политэкономики – собирать как можно больше налогов. Вот почему во главе правительства появляется успешный руководитель ФНС. Вот чего в принципе и следует ждать – роста налоговой нагрузки, как минимум в виде дальнейшего роста собираемости, но наверняка не только.

Неожиданная смена российского правительства спровоцировала всплеск комментариев и прогнозов – ведь Россия не какая-нибудь Великобритания, у нас не принято менять коней на переправе, а переправы у нас бесконечны. Для СМИ и многочисленных обозревателей стало хорошим тоном гадать по каждому заявлению или назначению, пытаясь разглядеть признаки перемен. далее➤

Государство не может потратить триллионы рублей, но продолжает отъем денег у населения

Хотят ли этого российские власти или нет, в ближайшие годы в российской экономической политике произойдут существенные изменения, уверен экономист Сергей Гуриев

(статья была написана за несколько недель до отставки правительства)

В российской экономической политике сложилась странная ситуация. С одной стороны, президент Владимир Путин, придя к власти, объявил масштабную программу национальных проектов. Правительство и министерства долго пытались посчитать, сколько на это потребуется денег. Выяснилось, что речь идет о триллионах (примерно 8 трлн рублей бюджетных денег за шесть лет текущего президентского срока). После того как источники средств для этих триллионов вроде бы нашли, выяснилось, что правительство эти триллионы потратить не может. В 2018 году бюджет не смог потратить 770 млрд рублей, в 2019 году не был потрачен 1 трлн рублей. далее➤

S&P предсказало на ближайшие годы экономике России и рублю - стабильную беспросветную ремиссию

Российская экономика в ближайшие четыре года продолжит расти вдвое медленнее мировой и столкнется с заметным падением курса рубля, прогнозирует международное рейтинговое агентство S&P.

Подтвердив суверенный рейтинг РФ на уровне ВВВ-, низшей ступени инвестиционной категории, агенство оставило в силе «стабильный» прогноз по нему, который не предполагает повышения в ближайшие 24 месяца.

Несмотря консервативную денежно-кредитную политику, позволившую замедлить инфляцию, низкий внешний долг и гигантские валютные резервы, российская экономика остается «структурно слабой»: экспортные доходы прочно завязаны на продажу зарубеж нефти и газа, уровень конкуренции и инноваций останется низким, регулятивная среда - неблагоприятной, доля государства продолжает увеличиваться, а санкции и долгосрочные демографические проблемы - ограничивать перспективы роста, констатирует S&P. По итогам 2019 года российский ВВП, по оценке агентства, прибавил 1,3%. В текущем году рост ускорится до 1,8%, но этот уровень станет планкой, перепрыгнуть которую экономика не сможет на всем горизонте прогноза (до 2023 года), полагает S&P. далее➤

В России меняются стратегии развития страны, но не меняется состояние экономики

Правительство России сосредоточится на исполнении пожеланий президента Владимира Путина, изложенных в его последнем послании Федеральному собранию. Об этом накануне заявил новый премьер Михаил Мишустин на встрече со своим предшественником Дмитрием Медведевым, передают СМИ.

Путин в ходе своего послания Федеральному собранию, в частности, сказал, что Россия нуждается в запуске нового инвестиционного цикла, а прирост вложений, начиная с 2020 года, должен составлять не менее 5% в год. Также, по словам президента, долю инвестиций в ВВП страны требуется довести с 21% до 25% в 2024 году. При этом Путин обусловил улучшение инвестиционного климата выполнением ряда условий. далее➤

Деятельность российской власти - гораздо большая угроза для безопасности страны, чем любая деятельность внешних врагов

Умные политологи пытаются - и очень успешно - вписать отставку правительства в контекст сохранения президента Путина у власти после окончания нынешнего срока его президентства, но экономисты, мне кажется, должны обратить внимание на вот что. Неважно, какие долгосрочные политические мотивы у этой отставки. Очевидно, что есть кратко- и среднесрочные экономические мотивы без всякой политической подоплёки. После выхода из кризиса десятилетней давности, результат - не просто стагнация, а стагнация, с которой правительство давно и полностью смирилось.

Если бы я был экономическим советником нового премьера, я бы говорил сейчас о следующем. Серьёзные экономические реформы - если после десяти лет стагнации не видно, что они необходимы, то когда это будет видно? - серьёзные реформы - это прерогатива президента Путина. Самые главные из экономических реформ - реформы правоохранительных органов и суда - не могут быть сделаны "экономическим блоком". План таких реформ нужно создать и нужно продвигать, но они займут годы. Но есть дела, которые можно сделать сразу и есть слова, которые можно сразу произнести. далее➤

«Через 10 лет скажут: теперь уже ничего не поделаешь, ибо поздно»

Завершающийся 2019 год не стал ни годом обвала, ни годом восстановления и бурного подъема экономики. Кто-то скажет: ну и славно, все стабильно. Но есть нюанс: экономику страны продолжает засасывать трясина стагнации. И чем дальше, тем сложнее, дольше и болезненнее будет проходить возврат к росту.

Более того, как сказал совсем недавно министр экономического развития, первое полугодие 2020-го мы тоже уже потеряли. Это логично, так как чтобы к середине следующего года картина начала меняться к лучшему, уже сегодня должны быть приняты и начать реализовываться новые решения, а таковых не было.

Основой устойчивой экономики были и продолжают оставаться расходы населения. А население в большинстве своем живет по инерции. Нет радикальных улучшений или ухудшений, по сравнению с предыдущим годом. Имея объективно низкую мобильность, большая часть людей вынуждена привыкать. Многие уже во многом адаптировались к этой самой реальности стагнирующей экономики. далее➤

Потерянное время

Экономика в ближайшие месяцы может провалиться, предупреждает финансист и автор популярного экономического блога Кирилл Тремасов, в свое время возглавлявший департамент макроэкономического прогнозирования Министерства экономического развития России.

Комментируя последние данные статистики, он утверждает, что многие индикаторы свидетельствуют о негативных тенденциях в экономике: далее➤

Российская экономика медленно, но верно идет к кризису, положительных изменений ждать не стоит

Около половины граждан России (43%) признались, что в 2019 году уровень их жизни стал ниже, столько же заявили о статус-кво, и лишь 13% респондентов сочли, что жизнь стала лучше.

Об этом говорят результаты исследования, проведенного в канун Нового года «Левадой-центром».

Также, согласно данным Росстата, каждая шестая российская семья стала хуже питаться. Люди вынуждены отказываться от некоторых заметно подорожавших продуктов в пользу более дешевых и экономить, в частности, на фруктах. Эта тема особенно актуальна для пенсионеров, неполных и многодетных семей. В среднем на питание уходит более трети (34,3%) семейных расходов. далее➤

Экономисты сообщают о рекордном закрытии бизнеса в Петербурге

В Петербурге с 2015 года численность юридических лиц сократилась на 16%, почти до 315 тыс. В 2018 году смертность бизнеса оказалась рекордной — число компаний уменьшилась на 30,4 тыс., сообщает международная аудиторско-консалтинговая сеть FinExpertiza. Итоги 2019 года пока не подведены, но ситуация едва ли улучшилась. Более половины случаев банкротств и ликвидаций в городе в 2019 году приходится на предприятия оптовой и розничной торговли.

Вал закрытий

Как сообщает FinExpertiza, числа новых юрлиц просто не хватает, чтобы компенсировать негативную динамику. Так, за 2018 год в Петербурге ликвидировали в два раза больше компаний, чем создали, свидетельствуют результаты исследования FinExpertiza: 30,9 тыс. компаний открылось, 59,3 закрылось. Всего в городе продолжили работать 314,9 тыс. организаций. Это наименьший показатель за последние 10 лет. далее➤

Страницы