Общественно-политический журнал

 

"Ленинская комната"

«Где бы мы ни начинали воевать, везде наша война называется освободительной войной»

Сталин и все руководство СССР очень хотели знать, что говорят и делают граждане, когда думают, что начальство не видит их. Отчеты сотрудников НКВД и доносы показали, как советская пропаганда, столкнувшись с реальностью «Зимней войны» и естественными потребностями человека, потерпела сокрушительный провал. Что думали и делали в 1939-40 гг. и какие уроки не извлекло командование накануне Великой Отечественной войны?

30 ноября 1939 г. СССР начал войну против Финляндии, объявив ее обороной с целью защиты Ленинграда и освобождения финнов от эксплуататоров. Сталин рассчитывал на успех пропаганды, молниеносную победу и прогулку, как в Польше и Прибалтике. В отчетах НКВД (опубликованы ЦА ФСБ и РАН) отразились высказывания и поступки многих рядовых граждан в армии и в тылу, свидетельствовавшие о такой «горячей поддержке» и таком бардаке в РККА, что с первых дней было понятно — победить маленькую финскую армию будет непросто. далее➤

Из лагеря смертников – с любовью

Сколько лет протекло, а все не идет из головы эта причудливая сцена. Произошла она в фойе Кремлевского дворца съездов на правительственном банкете по случаю очередного съезда Союза композиторов – то ли СССР, то ли РСФСР. Моим соседом оказался московский музыковед-теоретик Павел Вейс, о котором я слышал, что он – бывший венгерский коммунист-энтузиаст, приехавший в сталинскую Россию строить социализм и – во второй половине тридцатых – загремевший в лагерь. После смерти Сталина был реабилитирован, восстановлен в Союзе композиторов, защитил кандидатскую о "релятивной сольмизации" – методе массового музыкального воспитания детей.

Заговорил я с Павлом Филипповичем, преодолевая смущение и робость: уж очень он был искалечен. Похоже было, что у него перебиты чуть ли не все суставы рук и ног. Стоял он с трудом, тяжело опираясь на палку. далее➤

В России не стареют только грабли

Это фрагменты дневника Анатолия Черняева, заместителя заведующего отделом Международного отдела ЦК КПСС (зима 1980 г.):

«Вернемся к Афганистану. Вся наша (отдельская) работа проходит «под знаком» этого события. Изводимся, выламываем мозги, хотя ясно, что поправить уже ничего нельзя. В историю социализма вписана еще одна точка отсчета. далее➤

Леонид Броневой: «не смейте тосковать по аду»

Все, что в Советском Союзе происходило, даже в самых страшных не описано сказках — это жуткий, абсурдный, затянувшийся на 70 лет фильм ужасов: настолько тяжелый, что мы до сих пор от просмотра его не отошли и ни к какой другой картинке привыкнуть не можем. Вы только внимание обратите: сколько о зверствах в сталинских лагерях известно, о баржах, которые вместе с инакомыслящими затапливали, о расстрелах прямо на рабочих местах, о миллионах сирот — детей врагов народа, а поди ж ты, находятся те, кто Волгоград вновь хотят Сталинградом назвать или на митинги компартии выходят, которую Ельцин лишь потому, что водка помешала, не запретил, и кричат: «Ста-лин! Ста-лин!». Дураки, вы хоть знаете, что кричите? далее➤

Кремлевские сосиски, или исчезнувшая речь Хрущева

Странная судьба постигла эту речь. Несправедливая судьба.

Куда как больше повезло тем  речам и репликам вождя, которые были обращены к художникам и скульпторам, писателям и поэтам. Они – тем или иным способом – становились достоянием гласности и предметом осмысления историками культуры, несмотря на вкрапленные в них подчас крепкие выражения и неожиданные, прямо-таки шокирующие оценки.  "За что этому художнику платят 50 рублей?  За эту мазню?  Денег ему дать до заграницы!"  Эта тирада, как кое-кто еще наверняка помнит, была вызвана  "Обнаженной" Фалька, которую Никита Сергеевич увидел на выставке в Манеже в роковой для советской культуры день, 1 декабря 1962 года. далее➤

Такую страну, как говорится, про***ли

Ну и опять тут спор про СССР. Пора и мне очередную любимую историю поведать тут. на сей раз про овощебазы.

Что такое овощебаза - я впервые узнала еще на абитуре, когда обдумывала вопрос, что делать, если не пройду конкурс в универ и попробую учиться на вечернем. На работу в Питере я могла устроиться только по "лимиту" - иначе у меня бы не было прописки. На овощебазе лимит был. Там давали общагу. Зарплаты были крошечными, работу обещали тяжелую, но все бы ничего, но туда было нужно проходить медкомиссию, и почему-то нельзя было с близорукостью и очками (а у меня минус 9). Но, к счастью, я поступила, и вопрос отпал. далее➤

Легкая кавалерия большевизма

Люди часто говорят: революция прекрасна, зло – это лишь порождаемый ею террор.
Но это не так. Зло изначально заключено в прекрасном, ад присутствует в мечте о рае,
и если мы хотим понять сущность этого ада, нам нужно вникнуть в сущность рая,
из которого он происходит. Осуждать гулаги невероятно легко. Но отвергнуть
тоталитарную романтику, которая, обещая рай, ведет к гулагу, сегодня так же трудно,
как это было всегда.
(Милан Кундера. «Невыносимая легкость бытия»)

Запаляет песня сердца, ярее всяких уговоров.
(А. Солженицын. «Октябрь 16-го»)

«Красные армии разбили белых… отчасти потому, что ораторская подготовка заменяла в Красной армии артиллерийскую подготовку, – заметил как-то философ Григорий Померанц. – Мне рассказывал товарищ по нарам, солдат 1920 года, какое потрясающее впечатление производил приезд оратора № 1 или № 2 (Троцкий и Ленин – В.Ф.) Речь равна была по силе пятистам орудийным стволам, сосредоточенным на километре прорыва… Короче: красные победили белых потому, что овладели искусством красноречия». далее➤

«Самая безжалостная эксплуатация человека человеком, не снившаяся самому Карлу Марксу»

Французский коммунист Гиенэф приехал в СССР в 1923 году, где стал видным авиационным деятелем (некоторое время он даже жил в доме ГПУ на Лубянке). В 1933 году он покидает СССР. Во Франции Гиенэф написал книгу о сталинском режиме, который он характеризует как «самую безжалостную машину эксплуатации человека человеком, не снившуюся самому Карлу Марксу». Советский режим он характеризует как фашистско-технократический.

Робер Гиенэф (1899-1986), рабочий-самоучка, вышедший из низов и оставшийся в раннем возрасте сиротой, примкнул в юности к движению анархистов и вступил в коммунистическую партию Франции, как только она образовалась. По заданию партии он объездил всю центральную Европу и в 1923 году отправился в СССР, чтобы увидеть революцию своими глазами. Гиенэф хотел сам удостовериться, что в советской России отступает экономическая несправедливость, что достоинство человека, в особенности бедняка, возрастает, и что эксплуатация и классы исчезают. далее➤

Элита? Нет, это продолжительная селекция худшего

Как только я появилась на московском небосклоне — молоденькая певица, — меня подхватили чиновники из Министерства культуры и стали возить по правительственным приемам и банкетам. Происходили они обычно в посольствах, в ресторане «Метрополь», а самые важные — в Кремле, в Георгиевском зале. Считается это великой честью и почетом для артистов. Привозили нас в Кремль и проводили под охраной в комнату около Георгиевского зала, где шел банкет. Иногда приходилось по нескольку часов ждать своего выхода. Нервы на пределе — боишься, что от долгого ожидания голос сядет… А тут и Козловский, и Рейзен, Михайлов, Плисецкая, Гилельс, Ойстрах…

Противнее всего было петь в конце приема. Огромный зал, сотни людей, перед эстрадой — длинный стол, где сидят члены правительства, уже как следует «поддавшие», у всех распаренные лица; один кричит что-то на ухо соседу, другой смотрит на тебя осоловелыми глазами… Стоишь, бывало, на сцене, и хочется сквозь землю провалиться от стыда и обиды. А кругом пьют, жуют, повернувшись к тебе спиной, гремят вилками и ножами, чокаются бокалами, курят. И в этом огромном кабаке ты пой и ублажай их, как крепостная девка. Бывало, дождешься и такой чести, что за стол позовут — сиди с ними, глуши коньяк стаканами. далее➤

Скотская лестница "прекрасного далеко"

Это было в далеком брежневском 80-м году. Тогда я, солдат-полугодок, впервые увидел, что такое советские выборы в советской армии. И меня после этого уже не надо было обрабатывать "Голосами Америки" и слепой машинописью самиздата. Я увидел совок во всей его скотской сути.

Дело было так. Обычного армейского подъема в то утро не объявляли – как нам пояснил наш ротный замполит, по случаю "дня демократии". Но разве позволят поспать, когда надо давать "процент явки"! И вот в рассветном полумраке спящей казармы громко зазвучал баян – по-моему что-то из тогдашнего репертуара Аллы Пугачевой, вроде "Миллиона алых роз". далее➤

Поле чудес в стране дураков

Бывший министр финансов России Алексей Кудрин посоветовал населению покупать ОФЗ (гособлигации), так как считает их надежным инструментом.

Начавшаяся еще в конце 1920-х годов выплата негласного, но высокого и обязательного налога — подписка на очередные выпуски облигаций государственных займов — в послевоенное время стала обычной частью бытия советских людей. Каждого гражданина страны, как правило, обязывали приобретать облигации в размере, равном одному месячному окладу в год.

Население не поверило в то, что государство когда-нибудь выплатит по облигациям хоть что-то, и в стране было немало семей, где в красивые бумажки-облигации разрешили играть детям. далее➤

Ностальгия не замучила?

Прошлой зимой с друзьями накрываем стол, я спрашиваю:
- Все помнят, что в СССР зимой мы не могли вот такой салат приготовить?

Народ на полминуты затихает.
- Да, действительно. Помидоры, огурцы, редиска были только в сезон. Зелень тоже. Мандарины-апельсины появлялись к новому году, а в январе уже исчезали. Про первую клубнику в шесть утра очень смешно звучало. А что мы ели-то?

Картошку. Её закупали на зиму, потому что в магазинах была гнилая.
Капусту тоже. Какое-то время она хранилась свежая, потом ели квашеную. далее➤

Ленин ненавидел Запад, но ездил туда очень охотно

В годовщину события, которое долго называли Великой Октябрьской социалистической революцией, а сейчас чаще именуют большевистским переворотом, самое время вспомнить ее главного вождя - Владимира Ильича Ленина. Но вспомнить не то, как он делал эту революцию, а рассказать о малоизвестных страницах его биографии. Например, о его поездках за границу, на Запад, которые потом станут недоступны для тех, кого вождь мирового пролетариата насильственно освободил от цепей царизма.

Первая длительная поездка Ильича за границу началась в апреле 1895 года. 25-летний марксист побывал в Швейцарии, посетил Зальцбург, Париж и Берлин, где встречался с жившими там российскими единомышленниками.Находясь в Берлине, будущий вождь мирового пролетариата каждый день купался в реке Шпрее, о чем также сообщал в письмах матери, заодно прося ее прислать ему "еще рублей сто" (немалые по тем временам деньги). далее➤

Красный кокаин

В феврале 1968 года чешский генерал Сейна бежал из Чехословакии  в США через Югославию и Триест. Во время допросов в ЦРУ и DIA (Агентство Оборонной Разведки) «информатор сообщил достоверную информацию. Был подвергнут проверке на детекторе лжи, во время которой не было обнаружено никаких попыток обмана», - констатировал доклад DIA .

Однако наиболее поразительными были не военные сведения, а советский план, имеющий своей целью уничтожить Запад, затопив его наркотиками.

В 1962-1964 годах СССР приступил к операции «Дружба Народов». План операции был многоэтапный. Сначала провели разведку в преступном мире, занимающемся наркотиками. Выявили влиятельных людей, которые на Западе или в транзитных странах были каким-либо образом коррумпированы. Их гораздо легче было принудить участвовать в операции. Операция должна была проводиться советскими сателлитами – так, чтобы уменьшить подозрительность Запада. Себе СССР оставил только стратегический разведывательный контроль. далее➤

16 октября 1941 года - секретный день российской истории

Жителям никто не сообщал, что происходит. Власть, занятая собственным спасением, забыла о своем народе. В Москве не топили. Закрылись поликлиники и аптеки. Руководителей страны и города охватил страх. Стала ясна слабость системы, казавшейся столь твердой и надежной, безответственность огромного и всевластного аппарата, трусость сталинских выдвиженцев. Думали только о собственном спасении, бежали с семьями и личным имуществом и бросали столицу на произвол судьбы. Организованная эвакуация превратилась в повальное бегство.

Страх охватил даже аппарат ЦК партии, который требовал от всей страны и от армии самопожертвования: ни шагу назад! Умереть, но не отступить!.. Так должны были поступить все остальные. Только не они сами.

Начальники без оглядки бежали из Москвы, считая, что война проиграна. Поразительно, какими трусливыми они все оказались. Бежали, даже не видя врага, те самые люди, которые других отправляли умирать на поле боя! Запрещали сдаваться в плен даже в безвыходной ситуации — требовали застрелиться! далее➤

Страницы

В своей книге «Певцы и вожди» В. Фрумкин размышляет о взаимоотношении искусства и власти в тоталитарных государствах, о влиянии «официальных» песен на массы.

Вышел сборник рассказов Якова Фрейдина
Автор увлекательно рассказывает о забавных ситуациях и интересных людях, которых он встретил: