Общественно-политический журнал

 

 

 

Через неделю мы узнаем список "героев труда" России

О дискуссии между конгрессменами и Госдепартаментом США в связи с предстоящей на будущей неделе публикации списка российских чиновников – так называемого «списка Магнитского» –  сообщает в пятницу 5 апреля блог The Cable, размещенный на сайте журнала Foreign Policy.

В соответствии с принятым Конгрессом и подписанным президентом Бараком Обамой «законом Магнитского», «черный список» лиц, причастных, с точки зрения Вашингтона, к нарушениям прав человека в России, должен быть опубликован через 120 дней после вступления документа в силу, следовательно, не позднее 13 апреля.

Однако конгрессмен-демократ Джеймс Макговерн составил и отправил в администрацию Барака Обамы свой расширенный вариант списка, в который были включены 280 человек, с мини-досье на каждого - параллельно предоставив полный список вашингтонскому блоггеру.

 В него вошли представители силовых и надзорных российских ведомств, включая их руководителей: генпрокурора Юрия Чайку, главу Следственного комитета Александра Бастрыкина, председателя Мосгорсуда Ольгу Егорову и других лиц.

 По мнению Джоша Рогина, автора блога на сайте Foreign Policy, Госдеп, напротив, ратует за сокращение санкционного списка, мотивируя это юридическими соображениями.

 Блоггер пояснил, что, по его мнению, окончательный список Магнитского, который будет опубликован Госдепартаментом, может сократиться и до 12-13 имен.

 «Если это действительно будет так – Конгрессу это совсем не понравится, но даже при таком варианте наверняка последует ответный шаг России, что приведет к очередному витку напряженности в отношениях США и России» – считает Джош Рогин.

 По его словам, он опубликовал полный список без всяких задних мыслей и желания оказать давление на Госдепартамент. «Я опубликовал полный список потому, что посчитал его новостью, достойной для публикации».

 «Правда, – сказал он, – эта новость волнует в основном тех, кто следит за событиями в России. Мне кажется, для всех остальных это несущественно».

Реакция в США

Официальный представитель Госдепартамента США Виктория Нуланд отказалась вдаваться в подробности переговоров ее ведомства с конгрессменом Макговерном, который подготовил свой список фигурантов «списка Магнитского». Однако, как подчеркнула Нуланд, внешнеполитическое ведомство США собирается «опубликовать список лиц, причастных к “делу Магнитского” и к нарушениям прав человека в России, как того требует закон».

 Пожелавший остаться неназванным сотрудник аппарата сенатского комитета, участвовавший в разработке «закона Магнитского», в комментарии для Русской службой «Голоса Америки» выразил надежду, что исполнительная ветвь власти «примет правильное решение» в отношении списка, не пытаясь его выхолостить.

 «Речь идет о критичном периоде в России – о беспрецедентных репрессиях против гражданского общества. Я не верю, что существуют более серьезные темы, нежели права человека. Эта тема должна пронизывать все пласты отношений между странами, а не быть одной из тем в длинном списке на повестке дня. Наши отношения с Россией не ограничиваются отношениями с Кремлем. Помимо этого, Россия очень четко просчитывает свои интересы – и мы полагаем, что любое сотрудничество с США основано на интересах России, а не на наших реверансах».

 По словам источника, речь не идет об одноразовом событии – публикации списка, – но о продолжительном процессе. На вопрос, почему важно опубликовать открытый список Магнитского, сотрудник аппарата Сената напомнил, что российский президент сам призывал в своей речи в Мюнхене «быть честными друг с другом». В США считают принятие списка Магнитского помощью России в «трудной борьбе с коррупцией» – сказал он.

 «Прозрачность важна – важно знать, кто включен в список, чтобы люди не опасались, не зная, могут они сесть на самолет и прилететь в США, или нет. И если кто-то считает, что он включен в список безосновательно – это замечательный повод обсудить это».

 «Я не хочу забегать вперед и комментировать решение администрации до того, как оно обнародовано – но хочу также подчеркнуть, что это очень важная тема для Конгресса, Конгресс считает, что администрация уделяет недостаточно внимания этой теме, и если закон не будет реализован должным образом, у законодателей есть другие способы действия».

Билл Браудер: «Немало людей заслуживают попасть в список»

Билл Браудер, основатель фонда Hermitage, сказал что он не знает, как будет выглядеть официальный «список Магнитского», но выразил надежду, что соображения дипломатии и международных отношений не повлияют на принципиальность  Госдепартамента.

 «На данный момент речь идет о законе, который перечисляет специфические категории людей и требует обоснования – конкретные свидетельства против них.

 Изначальный список не включал людей, которые получили финансовую выгоду от преступлений, и тех, кто был замешан в попытке скрыть их, так что в списке Макговерна много новых имен. На мой взгляд, есть еще немало людей, которые заслуживают попасть в список в дополнение к уже перечисленным, но и этот список – хорошее начало. Администрация президента США обязана подчиняться закону – это не Россия, где Путин может игнорировать закон. И то, как российские чиновники реагируют на этот закон, не должно приниматься в расчет – если администрация решит не выполнять закон, у нее могут возникнуть проблемы с Конгрессом».

 На вопрос, насколько эффективным, по его мнению, сможет стать этот список, Браудер ответил так: «…нельзя судить о его эффективности по истеричной реакции Путина, который боится потерять свои деньги.

 Это очень похоже на применение поправки Джексона-Вэника – поначалу советские власти были вне себя, но, в определенный момент,  они поняли, что цена нарушения прав человека бьет по их интересам – и несколько лет спустя позволили евреям эмигрировать из СССР. Если будут последствия нарушений прав человека, если причастные к этому увидят, что у их действий есть последствия – в перспективе это повлияет на ситуацию с правами человека в России».

Реакция гражданского общества

В свою очередь, в российских правозащитных кругах сформировалось неоднозначное отношение к принципу составления подобных списков
 Владимир Кара-Мурза (мл.), член Координационного Совета оппозиции, говорит, что он, как представитель Партии народной свободы, на протяжении более двух лет он занимался продвижением «дела Магнитского» в США.

 «Я считаю, что «закон Магнитского» –  совершенно пророссийский, – сказал он.  – Это понимают и в России: недавнее исследование Левада-центра показало, что большее 40 процентов российских граждан поддерживают этот закон. И я считаю, что те представители власти, которые осуждают его, просто оскорбляют страну».

 «Список конгрессмена Макговерна, который был опубликован на сайте журнала Foreign Policy – это один из нескольких списков.  Помимо этого,  свои списки в Госдепартамент подавали американские правозащитные организации, и в них есть и другие фамилии.

 То есть, в списке – не 280 фигурантов, а  больше. В том числе – Бастрыкин, Чайка, Кадыров, Лесин… Но официальным станет тот список, который Госдепартамент опубликует самое позднее 13 апреля.  Будет очень интересно посмотреть, кто из этих людей войдет в официальный список».
 «Замысел «закона Магнитского» был в том, чтобы наказывать нарушителей прав человека, в том числе и высокопоставленных, причем публично назвать их имена.

 Понятно желание Госдепартамента все это сгладить – они дипломаты, работа у них такая. Но уровень людей, внесенных в списки правозащитников и конгрессмена Макговерна – это именно тот уровень, на который и был рассчитан «закон Магнитского». Этот тот уровень, который подразумевали российские правозащитники, российское гражданское общество и российская оппозиция», – полагает Владимир Кара-Мурза.

 В свою очередь, директор Института прав человека, член экспертного совета при уполномоченном по правам человека Валентин Гефтер считает расширение списка контрпродуктивным.

 «Я вообще с самого начала был против такой процедуры составления этого списка – не слишком понятным и не очень прозрачным способом», – сказал он.
 При этом Гефтер признает, что реальные основания для включения многих персоналий в данный список есть.

 «Однако, если он будет расширяться точно таким же образом – без предварительного обсуждения, кто и на каких оснований туда вносит людей, – то, думаю, что это будет служить только обострению отношений, и больше ничему. А раздражение с российской стороны, сами понимаете, неадекватно ситуации в целом», – подчеркнул директор Института прав человека.

 Директор Центра Сахарова Сергей Лукашевский признался, что испытывает двойственное отношение к закону Магнитского.

 «С одной стороны, сама идея ограничивать возможности оперирования в свободном мире ресурсами, в том числе деньгами, собственностью, для людей, которые нарушают права человека – чрезвычайно правильная. Она соответствует духу правозащитного движения. В этом смысле мне кажется, что сам по себе закон Магнитского – поворотный, если не прорывной», –  отметил он.

 Вместе с тем, как ему представляется, здесь есть еще один важный аспект.
 «Я очень жду, что кроме списка Магнитского, касающегося России, появятся и списки касательно нарушителей прав человека в других странах.

 В противном случае это благое и абсолютно правильное дело может очень легко, в частности внутри России, подаваться как специальный акт, который направлен именно на Россию, а не ради принципа. Ведь нарушение прав человека не имеет границ», – резюмировал директор Центра Сахарова.

 По его убеждению, смерть Магнитского и все, что с этим связано, далеко не единственная в России ситуация, которая требует международного реагирования и четкого ответа со стороны международного сообщества, как оно относится к государству, где могут происходить такие преступления.

 «Болезненная реакция российского руководства показывает, что это действительно чувствительно для нее. Но, еще раз повторюсь, если такой список будет принят только для России, это в большой степени сведет на нет позитивный эффект от списка, потому что позволит трактовать его как политику двойных стандартов», – заключил Лукашевский.