Общественно-политический журнал

 

Зияд Манасир и "друзья", российский газ, «Стройгазконсалтинг» и обустройство Сардинии

Зияд Манасир - глава «Стройгазконсалтинга » и личный кошелек Алексея Миллера (кликуха "Солдат", №42,54 на схеме путинского клана, бывший заместитель Путина в Комитете по внешним связям мэрии Санкт-Петербурга, один из 60 правящих воров в законе) . Снятыми с "Газпрома" миллиардами иорданец щедро делится с семьями Владимира Путина и Виктора Черномырдина.

"Новая газета", 22.09.2009: "Люди, которые бурят газ, из своего Приполярья видят на удивление хорошо ... они очень много рассказывают про «Стройгазконсалтинг».

Несмотря на свое традиционное название на особом «газпромовском» языке эта компания частная, возглавляет ее араб Манасир Зияд. «Стройгазконсалтинг» после прихода в «Газпром» Миллера растет фантастическими темпами. Он занимается обвязкой кустов, отсыпкой дорог, строительством газопроводов — всем-всем-всем. Техники с надписью «Стройгазконсалтинг» я возле Уренгоя видела больше, чем техники с надписью «Газпром».

Но, разумеется, «Стройгазконсалтинг» не все работы выполняет сам. Он часто является генеральным подрядчиком. Дело в том, что «Газпром» последнее время занимается избавлением от непрофильных активов. Непрофильные активы, ремонтирующие скважины и прокладывающие трубопроводы, выделяются из состава «Газпрома» и начинают конкурировать за заказы. Это была бы замечательная рыночная реформа, если бы не одна деталь: вот все эти «ремгазы» и «стройгазы» ...  являются субподрядчиками. А генподрядчиком является, например, «Стройгазконсалтинг». «Стройгазконсалтинг» на рынке услуг — это то же, что «Газкомплектимпекс» на рынке поставок.

При арктическом способе производства слово «генеральный подрядчик» имеет не совсем тот смысл, что на открытом рынке. И вообще-то это чревато. Потому что нельзя совмещать арктический способ раздачи подрядов с рыночной конкуренцией при их выполнении. Потому что люди недовольны тем, что их освободили, как крепостных в 1861 году, без земли: то есть без «газпромовского» толстого рыночного пакета. И они на удивление хорошо знают, где зарегистрирован Nord Stream и кому продан «Согаз». Они знают это досконально, как на Кавказе знают, где кто кого убил."  

Основатель «Стройгазконсалтинга» предпочитает говорить о друзьях, а не о покровителях. «В России у меня друзей и знакомых больше, чем в Иордании жителей», — шутит Зияд Манасир. Смуглый подтянутый араб в дорогом сером костюме сидит в своем кабинете под портретами Владимира Путина, Дмитрия Медведева и главы «Газпрома» Алексея Миллера. За окнами заснеженная февральская Москва. Сравнивая численность своих знакомых с населением Иордании, Манасир, конечно, преувеличивает, но количество если не друзей, то людей, которым он платит в России зарплату, впечатляет.

В основанном им строительном холдинге с типично российским названием «Стройгазконсалтинг» трудится 27 000 человек. По этому показателю бизнес Манасира сравним с крупнейшими компаниями московского строительного комплекса. В январе, когда из-за кризиса в России потеряли работу 150 000 человек, компания наняла 2600 новых рабочих и продолжает нанимать водителей, бульдозеристов, экскаваторщиков, сварщиков и монтажников. Им придется трудиться в экстремальных условиях: уроженец жаркой Иордании заработал свое огромное состояние на строительстве газопроводов, дорог и домов в зоне вечной мерзлоты. Заказы на строительство от сырьевых компаний приносят его компании более $2 млрд в год. Крупнейший из заказчиков — «Газпром».

На газовом месторождении Заполярное неподалеку от Нового Уренгоя по местным меркам тепло — минус 32 градуса, над тундрой свистит ветер. Заполярное — это принадлежащие «Газпрому» сотни квадратных километров тундры, разлинованные ровной сеткой закрытых для посторонних дорог и шлейфовых, то есть ведущих от скважины к установкам по переработке газа, трубопроводов. Здесь добывают газ на $30 млрд в год — это пятая часть всей добычи газа российской энергетической монополии. Заполярное введено в эксплуатацию в 2001 году, но это не означает, что строителям здесь нечего делать. Газовики, освоив легко добываемые залежи, добираются до более глубоких, осваивают новые скважины. Месторождение растет, расползается вширь и вглубь.

Одна из многочисленных компаний группы «Стройгазконсалтинг» строит здесь установку по комплексной переработке газа. Она похожа на стоящий посреди тундры небольшой завод: корпуса, переплетение труб, гигантские сверкающие емкости. Газ, поступающий из нескольких скважин, будут сушить, очищать, охлаждать и закачивать в магистральный трубопровод. На стройплощадке 30 подъемных кранов (кто-нибудь видел такой размах в Москве?), работа идет 24 часа в сутки при свете прожекторов — полярная ночь. Всего у «Стройгазконсалтинга» таких строек десять.

Прежде чем возвести здание или дорогу в вечной мерзлоте, нужно сделать «отсыпку» — покрыть землю теплонепроницаемой пленкой, а поверх нее слоем песка, чтобы летом, когда мерзлота подтаивает, дороги и здания не проседали и не разрушались. Три огромных бульдозера сгребают песок, а экскаваторы грузят его в выстроившиеся чередой новенькие самосвалы «мерседес». Тридцатиградусный мороз, а водители в кабинах — в футболках.

Галина и Сергей, молодая семейная пара, работают на объектах «Стройгазконсалтинга» уже четыре года. Он — водитель того самого «мерседеса», она — повар в вахтовом поселке. Они и познакомились здесь. «У нас в Архангельске куплена в ипотеку квартира — будем пока работать», — объясняет Галина, подавшаяся в Новый Уренгой на заработки с Украины. Зарплаты здесь от 50 000 до 100 000 рублей за вахту. Вахта — 45 суток, потом столько же дома. Галина уверяет, что за 45 суток в Архангельске успевает соскучиться по вахтовому поселку (250 вагончиков на колесах, в каждом по четыре или восемь мест). Смена — 12 часов с часовым перерывом на обед, спиртное запрещено. Желающих поработать хватает. В офисе «Стройгазконсалтинга» в газовой столице России Новом Уренгое «зал ожидания» (огромное помещение с бесконечными рядами лавок и буфетом) всегда переполнен: сюда едут люди со всех концов страны.

Едут не только в Новый Уренгой. Грузовики и тяжелая техника с эмблемой «СГК» выходят на стройплощадки в нескольких часовых поясах России — от Питера до Магадана. В прошлом году выручка неструктурированного холдинга, состоящего из десятков компаний, составила $2-2,8 млрд. Такие оценки дают коллеги Манасира по строительному рынку, сам он в беседе с Forbes говорит, что нижняя граница этого диапазона «близка к правде». Самую большую часть выручки (примерно 40%) дает строительство магистральных газопроводов, например участка «Северного потока» Грязовец — Выборг, треть — обустройство газовых месторождений, 20% — строительство автодорог, например федеральной дороги «Колыма».

На родине, в Иордании, у Манасира тоже промышленная империя — заводы по производству бетонных конструкций, фабрики по выпуску оливкового масла и автозаправки. Эмиратский интернет-портал Arabian Business в прошлом году оценил состояние бизнесмена в $1,6 млрд, поставив его на 45-е место в списке богатейших арабов мира. Впрочем, 43-летний Манасир давно носит в кармане российский паспорт и в Иорданию, по собственному признанию, ездит только на майские каникулы. Он прочно обосновался в Москве: «Стройгазконсалтинг» частично владеет, частично снимает половину 34-этажного небоскреба «Башня 2000» на берегу Москвы-реки рядом с Кутузовским проспектом. Старшая дочь Манасира Элен учится на факультете журналистики МГУ и снимается в реалити-сериале «Журфак», где, согласно трейлеру, «олицетворяет роскошь и богатство» и имеет психологические проблемы: обращается к психологу, чтобы излечиться от синдрома ненависти к официантам. Шесть лет назад отец подарил ей на двенадцатилетие Porsche. Всего у Манасира три дочери и четырехлетний сын — наследник империи отца, приехавшего четверть века назад в СССР без гроша в кармане.

 Будущий миллиардер родился в небогатой семье. У его отца, офицера армии Королевства Иордания, было 12 детей, и Зияд не был старшим, то есть должен был самостоятельно пробивать себе дорогу в жизни. Молодежь из ближневосточных стран, противостоящих «сионистскому Израилю», тогда охотно принимали на учебу в Советский Союз. В середине 1980-х молодой иорданец приехал в Баку, чтобы поступить в азербайджанский Институт нефти и химии им. М. Азизбекова. После института он недолго работал в Москве специалистом по внешнеэкономической деятельности в объединении кооператоров «Коопсоюз» и вскоре, как и многие, попробовал себя в бизнесе на торговле всем подряд — лесом, металлом, удобрениями ... В 1994 году он купил домостроительный комбинат в Тюмени.

В самом начале 1990-х Манасир познакомился с Виктором Поляничко (на фото), крупным советским функционером, сделавшим блестящую карьеру: в 35 лет он был уже первым секретарем Оренбургского обкома КПСС, затем возглавил отдел пропаганды ЦК КПСС, был переброшен в Азербайджан на пост всесильного второго секретаря республиканского ЦК, участвовал в конфликте в Нагорном Карабахе. Еще в Оренбурге Поляничко был хорошо знаком с будущим главой «Газпрома» и председателем российского правительства Виктором Черномырдиным и в 1993 году стал вице-премьером, но вскоре, брошенный на Кавказ мирить воюющих осетин и ингушей, погиб в результате теракта. Случайно ли первыми крупными строительными заказами, которые получил Манасир, было возведение жилых домов в Оренбургской области, с которой многое связано и у Поляничко, и у Черномырдина, а также общежитий для «Тюменбургаза», дочерней компании «Газпрома»? Знакомство с Поляничко тут ни при чем, утверждает Манасир: «Мы тогда были маленькие, незаметные, не о чем было просить». Так или иначе, но в 1995 году владельцем 20-процентной доли в «Стройгазконсалтинге» стал сын Виктора Поляничко Петр (еще одним миноритарным партнером был и остается до сих пор выпускник Московского инженерно-строительного института, профессиональный строитель Алексей Лихачев). Петр Поляничко отказался говорить с Forbes, а вдова Виктора Поляничко Лидия Яковлевна так обрисовала роль своего покойного мужа в становлении «Стройгазконсалтинга»: «Виктор Петрович помогал всем талантливым людям, которые делают что-то хорошее для России, а Зияд очень талантливый». После смерти главы семейства Поляничко не утратили связи с газовой монополией: «Газпром» до 2007 года официально входил в число учредителей фонда «Будущее отечества им. В. П. Поляничко», возглавляемого вдовой. А первый президент Азербайджана Аяз Муталибов рассказывал в одном интервью, что обустроиться в Москве после бегства из Баку в 1993 году ему помогла именно Лидия Поляничко, познакомившая его с Черномырдиным. Как бы то ни было, в середине 1990-х «Стройгазконсалтинг» получил первые заказы от «Газпрома». В дальнейшем их поток только увеличивался.

В 2001 году команду ставленников Черномырдина, возглавляемую Ремом Вяхиревым, оттеснили от руководства «Газпромом», и у руля национальной газовой монополии встали новые люди, близкие к новому президенту Владимиру Путину, выходцы из петербургской мэрии и других административных структур северной столицы. И именно в этот год у «Стройгазконсалтинга» появляется еще один совладелец. Ольга Григорьева, «дочь друга», как называет ее Манасир, занимается делами, далекими от обустройства газовых месторождений: она живет в Петербурге и возглавляет товарищество собственников жилья одного из элитных домов на престижном Каменноостровском проспекте. «Друг» — тогдашний заместитель директора ФСБ России и глава питерского УФСБ генерал Александр Григорьев (на фото). С генералом Манасир познакомился, по его словам, «на дне рождения общего знакомого».

«Подружились, стали общаться...» — говорит он, но развивать эту тему отказывается.

В полуофициальной биографии Владимира Путина «От первого лица» есть фотография: солнечный день, юный Володя сидит на бревнах около какого-то сарая вместе с приятелем. Этого приятеля, ставшего позже свидетелем на свадьбе Путина, звали Александром Григорьевым. Друзья вместе служили в органах в 1970-х, а когда Путин работал в питерской мэрии, Григорьев продолжал работать в местном управлении госбезопасности. В конце 1990-х он занимает одну из высших ступеней в иерархии ФСБ — заместителя директора и главы управления по Санкт-Петербургу и Ленинградской области. В 2001году президент назначил его главой Росрезерва.

В прошлом году всесильный чиновник скоропостижно скончался. «Григорьев был непубличным, но очень влиятельным человеком, — объясняет вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин. — Дело не в должности, дело в том, что у него имелся выход на высшую власть». «У Путина много обязательств перед соратниками, — говорит главный редактор отраслевого информационного агентства RusEnergy Юрий Когтев. — Сам факт наличия такого миноритарного пакета [в «Стройгазконсалтинге»] говорит о том, что компания наделена долей административного ресурса и тендеры, в которых она будет участвовать, будут продуктивными».

«Для сырьевых компаний распределение подрядов — особая тема, — говорит юрист Алексей Навальный, миноритарий «Газпрома», регулярно выступающий в защиту интересов мелких акционеров госконцерна. — Стройки на «северах» — это же эшелоны денег, с которых эти деньги разгружают лопатой. Проконтролировать ничего невозможно, все очень закрыто. «Газпром» показывает: у нас инвестпрограмма, мы потратили на обустройство месторождения столько-то миллиардов долларов. А как их проверить?»

Но выиграть тендер — полдела. Полученный бюджет надо осваивать: строить газопроводы и обустраивать месторождения, а мощности «Стройгазконсалтинга» в начале десятилетия были рассчитаны на возведение жилых и промышленных зданий. Эту проблему предприимчивому иорданцу удалось решить, договорившись с Михаилом Якибчуком, выходцем с Украины, работавшим в 1990-х годах в западносибирском строительном тресте «Уренгойгазстрой» и создавшим на базе комсомольского стройотряда частную компанию «Уренгойпромгражданстрой». Во время кризиса 1998 года Якибчук чуть не разорился («Сказали людям: работа есть, денег нет, если можете, потерпите», — вспоминает Михаил в беседе с Forbes) и стал искать компаньона. Ничего не выходило до тех пор, пока в 2001 году его не согласился принять под крыло Манасир. Решившись на объединение со «Стройгазконсалтингом», Михаил Якибчук получил 10% общего бизнеса; его брат Иван теперь руководит подразделениями компании на месте, в Новом Уренгое.

Основными подрядчиками «Газпрома» в начале десятилетия были компании, так или иначе связанные с монополией или ее менеджментом. Заполярное, самое крупное месторождение «Газпрома», обустраивало его дочернее предприятие «Газпромстройинжиниринг», а газопровод «Голубой поток» по дну Черного моря в Турцию строил «Стройтрансгаз» — компания, подконтрольная менеджерам «Газпрома» и родственникам его многолетнего руководителя Рема Вяхирева. Эти компании концентрировали финансовые потоки, в то время как реальную стройку вели привлеченные ими субподрядчики — «Арктикнефтегазстрой», «Ленгазспецстрой» и другие, образовавшиеся на базе бывших подразделений советского Министерства нефтегазового строительства.

Зияд Манасир и Михаил Якибчук решили задавить противника массой. Они начали закупать и брать в лизинг новую импортную технику, которая в условиях Севера работает дольше российской (четыре года вместо полутора-двух). «С 2000-го по 2007-й мы купили техники на $1,5 млрд», — говорит Зияд Манасир. В парке компании сейчас 7000 самосвалов, экскаваторов, кранов, трубоукладчиков и других технических средств. «Стройтрансгаз», для сравнения, располагает 2500 единицами, «Газпромстройинжиниринг» и того меньше. В прошлом году «Стройгазконсалтинг» купил девять автоматических сварочных комплексов CRC-Evans и Serimer. Каждый обошелся в $15-30 млн, зато сваривает трубы в несколько десятков раз быстрее, чем рабочие с ручными сварочными аппаратами. «Эта компания наращивает мощности не по дням, а по часам», — восхищенно говорит замначальника управления обустройства месторождений «Газпром добыча Ямбург» Олег Поздеев.

Результат? Строить газопровод от самого перспективного нового месторождения «Газпрома» Бованенково (бюджет на его освоение госмонополия держит в тайне) вместо «Газпромстройинжиниринга» будет компания Зияда Манасира. Доля выручки, которую получает от заказов «Газпрома» «Стройтрансгаз», за последние три года упала с 70% до 14%. А «Стройгазконсалтинг» теперь осваивает, по собственным данным, 12% строительных бюджетов «Газпрома». В «Газпромстройинжиниринге» перераспределение бюджетов в пользу конкурента комментировать отказались, а в «Стройтрансгазе» напирают на диверсификацию портфеля: компания сейчас много работает по заказам других компаний, подчеркивает ее представитель Сергей Самойленко.

За последние два года «Стройгазконсалтинг» приобрел девять родственных «Газпрому» строительных компаний с совокупной выручкой около полумиллиарда долларов в год (по данным системы СПАРК). «Все покупали на конкурсах и тендерах», — утверждает Зияд Манасир, хотя и оговаривается: по многим лотам его компания была единственным претендентом. Первое, что происходит с компаниями, попавшими в империю иорданского предпринимателя, — они радикально сокращают затраты.

Полгода назад в Новом Уренгое разразился громкий скандал: мэру Ивану Костогризу пришлось отговаривать от самоубийства жену рабочего одной из газпромовских строительных компаний, которому сразу после покупки этой компании «Стройгазконсалтингом» срезали зарплату со 100 000 рублей в месяц до 35 000 рублей. В компании «Уренгойгазавтодор», когда она принадлежала «Газпрому», работало 1600 человек, после перехода ее к «Стройгазконсалтингу» численность персонала сократилась до 600 рабочих. Иван Якибчук утверждает, что в купленных в последнее время компаниях без особого труда удалось сократить расход горючего вдвое. Компьютерная информационная система группы «Стройгазконсалтинг» в любую минуту показывает, сколько топлива потребляет сейчас какое предприятие, сколько людей живет в каждом вагончике каждого вахтового поселка... Бизнесмены гордятся выстроенной в компании системой управления, именно ее и подавляющее превосходство над «противником» в технике они считают залогом своих успехов, а механовооруженность (и вовсе не административный ресурс) — причиной взрывного роста компании.

Сейчас на долю заказов «Газпрома» приходится 65% оборота холдинга «Стройгазконсалтинг». Представляет ли эта ситуация опасность теперь, когда во время мирового падения цен на энергоносители нефтяники и газовики будут ограничены в возможностях тратить деньги? «Мы ежегодно участвуем в ста разных тендерах, а выигрываем из них 12-15», — обосновывает свою уверенность в завтрашнем дне Манасир. Действительно, в последние несколько лет он активно ищет новые сферы приложения сил и капитала — и не всегда находит лучшие варианты. Он инвестировал $700 млн в строительство небоскреба «Миракс Плаза» в Москве, но небоскреб не достроен, рынок недвижимости в глубокой коме. Манасир собирался участвовать в нескольких миллиардных лесопромышленных проектах на паях с компаниями, близкими банку «Россия», но передумал.

Последнее увлечение — дорожное строительство. Здесь у Манасира тоже влиятельные партнеры: «Стройгазконсалтинг» входит в консорциум, сформированный УК «Лидер» и Газпромбанком с участием португальской компании Brisa, которая управляет платными дорогами в Европе. Почему УК «Лидер», подконтрольная, как считается, структурам банка «Россия» Михаила Ковальчука, выбрала в партнеры с российской стороны именно «Стройгазконсалтинг»? «Это одна из самых крупных и быстроразвивающихся компаний с миллиардными оборотами, кроме того, она имеет опыт работы с «Газпромом», а это важно» — так ответила на вопрос Forbes пресс-служба «Лидера».

Консорциум выиграл тендер на реконструкцию ведущего из Москвы в Европу Минского шоссе и строительство новой развязки на МКАД. Объем инвестиций, которые предстоит освоить участникам консорциума, оценивается в 25 млрд рублей, из них 11 млрд даст государство, а часть денег поступит из пенсионных средств «Газфонда». К стройке планируют приступить летом и окончить ее за два года. Ожидаемая доходность — 18-22% годовых. Тут расчет на то, что в годы кризиса государство не будет «резать» расходы на инфраструктуру.

А что будет потом, когда цены на энергоносители выйдут из «ямы»?

Манасир уже ведет переговоры с «Транснефтью» о строительстве дорог вдоль трубопровода Восточная Сибирь — Тихий Океан и с «Роснефтью» о работе на ее месторождениях. Так что в качестве крупных заказчиков компания Зияда Манасира по-прежнему рассматривает если не «Газпром», то другие госкомпании.

Источник

Цитата:
Российские олигархи обустраивают Сардинию

На Сардинии остановил свой выбор Манасир Зияд, глава компании "Стройгазконсалтинг", которой в последние восемь лет отходили все важные строительные контракты "Газпрома".

Зияд исследует Изумрудное побережье с борта вертолета, летая на низкой высоте, изучая мельчайшие детали местности. Манасир Зияд не ограничивает себя в расходах: за последние месяцы он купил три летние резиденции в Пунта Нураге.

 Сегодня в этих неповторимых по красоте местах располагается имение Сильвио Берлускони, а на Изумрудном берегу - виллы финансовых магнатов бывшего Советского Союза.

 

 

 

 

 

В своей книге «Певцы и вожди» В. Фрумкин размышляет о взаимоотношении искусства и власти в тоталитарных государствах, о влиянии «официальных» песен на массы.

Вышел сборник рассказов Якова Фрейдина
Автор увлекательно рассказывает о забавных ситуациях и интересных людях, которых он встретил: