Общественно-политический журнал

 

«Cвято место не бывает пусто»

Американцы ушли из Афгана всерьез и надолго – таков пафос речей и поступков Байдена. Если хотя бы чисто условно принять это за аксиому, то возникает естественный вопрос, кто придет на их место. Или – как минимум – кто попытается заполнить этот вакуум?

Потому что Афганистан – это такое место, которое не может не возбуждать сильнейший зуд извне. Ведь слово «кладезь» - самое скромное для характеристики ресурсов, которыми буквально переполнены его горные массивы. При том, что американцы за годы присутствия сумели обследовать только 30% территории страны, их залежи оценивается в 1–3 трлн долларов. В частности, лишь одно медное месторождение Айнак близ Кабула считают самым большим в Евразии. А железорудное месторождение Хаджигек – крупнейшим в Южной Азии. Фишкой являются и запасы лития, сравнимые с Боливийскими – главным экспортером мира. Помимо этого есть у афганцев и свой газ, нефть, бериллий, сера, мрамор, кобальт, свинец, цинк, уголь, драгоценные и редкоземелальные элеметы, лазуриты, гипс и прочая и пр.

Проблема лишь в том, что не то, чтобы разработкой этих сокровищ – даже разведкой всерез заняться было некамильфо из-за непрерывного военного напряга. Ведь даже американцы контролировали лишь часть территории. А горные районы, где и сконцентрированы все эти залежи, были недоступны. Поэтому даже вездесущие китайцы, которые еще в 2008  выиграли тендер и оседлали крупнейшее медное месторождение Айнак, к добыче пракически так и не приступили.

Поэтому свято месту вряд ли суждено долго оставаться пустым. Нетрудно предположить, что с наступлением даже относительного затишья при талибах, туда хлынут и Китай, и Индия, и Турция, и Пакинстан, и Россия...При этом - в режиме жесточайшей конкуренции. В какой форме будет это происходить – это будет зависеть от позиции талибов. Если они поведут себя более-менее рационально и начнут привлекать чужие технологии и инвестиции, то вмиг перед ними выстроится очередь со всез сторон, предлагающих свои услуги стран и корпораций.  Если же поведутся на подозрительности  и жадности, действуя по принципу «сам не ням и другим не дам», то вряд ли не спровоцируют новые вторжения под идейными прикрытиями вроде «борьбы с мировым терроризмом» или «защитой ценностей».

В любом случае, конкуренция примет глобальный характер. По всем предпосылкам логично предположить, что главную скрипку в ней станет играть Китай и, возможно, Турция. Причем, не только из-за нестерпимого сияния афганских недр, но еще и из-за таких мощных амбиций, как Шелковый путь для Китая, для которого территория Афганистана – важный участок. И Нефритовый путь (через Грузию, Азербайджан, Каспийское море и Туркменистан с Афганистаном), обеспечивающий выходы как в Южную, так и Центральную Азию для стремящейся к Османскому региональному владычеству Турции.

Интерес России диктуется, прежде всего, навязчивой идеей строительства через Туркменистан, Афганистан Пакистан и Индию газопровода ТАПИ мощностью в 33 млрд. кубов, который обеспечил бы альтернативу европейскому направлению. На территории Туркменисана оно уже началось в 2018-м, но потом было прервано с началом гражданской войны. Не даром Москва сразу же начала переговоры с талибами, начхав на то, что сама же объявила их вне закона. А теперь пытается убедить мир и самою себя, что они – хорошие ребята, только слегка окосевшие от шариата.

Станет ли, наблюдая за всеми этими танцами, Вашингтон оставаться посторонним – Очень большой и Сомнительный вопрос. 

Владимир Скрипов